![Следующая пандемия. Инсайдерский рассказ о борьбе с самой страшной угрозой человечеству [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/0/6/4/3/sleduyushchaya-pandemiya-insajderskij-rasskaz-o-borbe-s-samoj-strashnoj-ugrozoj-chelovechestvu-litre-download.jpg)
Следующая пандемия. Инсайдерский рассказ о борьбе с самой страшной угрозой человечеству [litres]
- Автор: Патрик Уильям, Хан Али
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Манн, Иванов и Фербер
- ISBN: 978-5-00169-203-4
- Переводчик: Василий Горохов
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Следующая пандемия. Инсайдерский рассказ о борьбе с самой страшной угрозой человечеству [litres]». Краткое содержание книги:
На русском языке публикуется впервые.
Вторым направлением стало уточнение описания заболевания. Для этого следовало посетить все больницы, где были обнаружены зараженные, и непосредственно увидеть клинический спектр – это единственный способ понять, какую болезнь ты наблюдаешь, и тем самым выявить новые случаи. Затем нам предстояло побеседовать с выжившими и с членами семей умерших, побывать у них дома и попытаться вычислить риски, одновременно стараясь понять течение болезни.
Целью всей этой деятельности было предотвращение новых случаев. Нам обязательно нужно было выявить естественного хозяина, или резервуар, а также определить факторы риска и поведение самого вируса, грызунов и зараженных людей, способствующее распространению инфекции. Еще нужно было разработать диагностические тесты и разобраться, какие лабораторные инструменты понадобятся нам для выявления заболевания.
Местонахождение резервуара заболевания должен был определить наш териолог. В случае с хантавирусом для этого требовалось отловить грызунов по всему юго-западу Соединенных Штатов и изучить их, а потом собрать как можно более обширную и точную информацию о переносчике вируса. (В случае хантавирусов слова «переносчик» и «резервуар» часто используют как синонимы, потому что грызуны – это и естественный хозяин вируса, и прямой источник заражения для человека. Но так бывает не всегда. Например, для лихорадки Западного Нила естественным резервуаром могут быть птицы, а переносчиком – комары.)
Собрав все три элемента информации, мы должны были связать их воедино и разработать окончательную стратегию профилактики для внедрения в конкретных сообществах, затронутых вспышкой.
Объем работы был колоссальный. Кроме того, следовало изучить истории болезни, разузнать о каждом пациенте все подробности вплоть до температуры, частоты дыхания и сердечных сокращений. Как протекала болезнь? Чем человек болел в прошлом? Куда он ездил в последнее время? Чем любил заниматься? С кем мог контактировать? Какие лекарства принимал? Как насчет перенесенных хирургических операций? А потом лабораторные показатели: натрий, калий, хлор, содержание тромбоцитов, лейкоцитов, эритроцитов, анализы функции печени. И все данные надо обновлять каждый день.
Из этой разрозненной информации нужно попытаться сложить картину заболевания, чтобы научиться точнее определять следующие случаи, а затем оценить эффективность различных видов лечения и найти лучший способ борьбы с вирусом.
В начале июня я присоединился к группе реагирования, которая должна была сформулировать определение случая заболевания для предварительного исследования рибавирина. Надо было понять, кого нам предстоит лечить. Принимать такого рода клинические решения – сложная работа, потому что диагностических тестов еще нет. И даже если они есть, часто хочется поскорее начать лечение и назначить пациенту лекарство, а не дожидаться, пока придут результаты.
Мы решили, что первое условие для возможного начала лечения – это проживание в регионе «четырех углов», лихорадка и инфильтрат в обоих легких. Иммунитет не должен быть ослаблен. В качестве сравнения мы использовали случаи геморрагической лихорадки с почечным синдромом, которые возникали в Корее 40 лет назад.
Поскольку мы рано получили сигнал, что дело в хантавирусе, то пришли к выводу: несмотря на поражение легких, могут быть и случаи с поражением почек, которые мы просто не выявили.
Вирусы принято называть по месту первого обнаружения. Разумеется, местные жители были совсем не рады, что смертельный микроб стал вирусом «четырех углов». Проблема заключалась не только в дурной славе региона, из-за чего отдыхающие поедут на своих автофургонах куда-нибудь в другое место. Это привело к росту социальной стигматизации. Прецедент уже был: группу детей навахо дискриминировали во время поездки в столицу штата из-за того, что они из этой области.
Тогда мы предложили назвать вирус «Эль-Муэрто» – в честь каньона Дель-Муэрто, расположенного рядом с местом, где поймали зараженного грызуна, у которого выделили вирус. К сожалению, это оказалось еще и место решающего сражения между индейцами навахо и армией США под командованием Кита Карсона. Поэтому мы решили, что такое название тоже не самое удачное. Затем между учеными возникли споры по поводу того, кто первым выявил вирус, у кого есть право его назвать и так далее. После этого возникла тенденция называть заболевания не по месту, а по их клиническим проявлениям.