Жизнь и шахматы. Моя автобиография [litres]

И с этого дня началась настоящая травля. Передо мной, как по мановению палочки, закрылись все двери, перестали принимать не то что на высоком уровне, а просто слушать где-либо и приглашать куда-либо. Чтобы как-то успокоиться, отвлечься от ситуации и поправить здоровье, которое не могло не пошатнуться в такой ситуации, я уехал в крымский санаторий «Ай-Даниль». Отдых пошел мне на пользу. В санатории собралась замечательная компания. Я познакомился со Станиславом Ростоцким, с которым потом мы дружили семьями. Море, солнце, прогулки, беседы – все это помогало хотя бы на какое-то время выкинуть из головы тяжелые мысли.

Примерно на третий день моего пребывания в санатории позвонил Ивонин и сказал, что в Москве гроссмейстеры готовят коллективное письмо, осуждающее поступок Корчного, и добавил, что подписи гроссмейстеров, конечно, большая ценность, но автограф чемпиона мира придал бы этому письму особый вес.

– Как вы смотрите, Анатолий Евгеньевич на то, чтобы поставить там и вашу подпись?

– Резко отрицательно, Виктор Андреевич!

– Эээ… Боюсь даже предположить, о чем может говорить ваша реакция. Вы что, поддерживаете поступок Корчного?

– Конечно нет. Но и в группе подписываться не буду. – Я прекрасно понимал, что письмо сочинять будут не сами гроссмейстеры, а какой-нибудь писарь, который, кроме официального гимна КПСС, ничего родить не сможет.

– Если это необходимо, я могу написать свое личное письмо, – предлагаю, понимая, что это единственный шанс сменить гнев руководства на милость.

– Не обещаю, что в ЦК поймут вашу позицию, но передам. – Ивонин попрощался, но уже через час перезвонил и сообщил, что письмо написать разрешили.

У меня возникло четкое ощущение, что ЦК ведет со мной игру, похожую на шахматный матч. Соперник сделал ход и затаился, а ты должен понимать, что ждет он от тебя не просто ответного броска, а только такого, который не пошатнет его позицию. И как сделать этот ход, куда передвинуть фигуры, чтобы ни одной не пожертвовать и свести в итоге партию к ничьей?