Новое средневековье XXI века, или Погружение в невежество
- Автор: Кара-Мурза Сергей Георгиевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: ООО «Издательство Родина»
- ISBN: 978-5-00180-291-4
- Жанр: Культурология
Электронная книга - «Новое средневековье XXI века, или Погружение в невежество». Краткое содержание книги:
Сергей Георгиевич Кара-Мурза, выдающийся российский ученый, социолог и политолог, впервые провел полный и всесторонний анализ «нового средневековья» в своем фундаментальном исследовании, материалы для которого он собирал в течение тридцати лет. Здесь разбираются причины этого исторического явления, его характерные черты в политике, обществе, культуре, говорится о носителях и противниках новой средневековой идеологии. В книге приводится огромное количество фактического материала, основанного на сотнях различных источников.
Но сейчас нам надо понять институты Запада и сравнить их с нашими институтами, подходами, ценностями, хотя на картину нашего мира еще набегают волны хаоса.
«Рабочие в своих стачках, организованных партией, очень часто терпели лишения не ради увеличения заработка, но ради власти, ради своего мировоззрения, которое казалось или действительно было в противоречии с убеждениями их работодателей, они боролись ради нравственного принципа, причем проигранное сражение все же оказывалось моральной победой.
Английским рабочим это совершенно не понятно. Они не были бедны и при своих стачках получали сотни тысяч, которыми жертвовал в этих случаях бедный немецкий рабочий, полагая, что там, за морем, борются за то же, за что и он» [68, с. 75].
«Капитал — это великое слово, в котором выражено английское восприятие собственности. Капитал означает хозяйственную энергию, это — оружие, с которым выступают на борьбу за успех… Превращение всего мира в трест — такова конечная цель этих истинных властителей… И этому понятию собственности, за которым стоит деловой либерализм, ныне противополагается прусское понятие: собственность не как частная добыча, а как нечто только порученное собственнику неким целым, не как выражение и средство личного могущества, а как доверенное благо, в управлении которым собственник обязан давать отчет государству» [68, с. 138, 139].
Современный Запад возник как мутация, которая разделила слово и вещь. Раньше слово (имя) представляло, выражало сущность вещи. Такие мировоззренческие сдвиги сразу сказываются на хозяйстве. Бумажные деньги отделились от золотого эквивалента вещи (товара), как Тень от своего Хозяина. Деньги сами стали «по природе своей плодоносны» (Бенджамин Франклин). Стали возникать финансовые пирамиды. Уже это породило кризисы капитализма — в моменты «сожжения» денежного пузыря неизбежна острая нехватка денег и цепной процесс банкротств. Это назвали «кризисами перепроизводства» — почти саркастический эвфемизм. А теперь «электронные деньги» оторвались от бумажных — уже знак отделился от слова.
Институтами, определяющими судьбу человечества, стали банк и биржа. Об опасности их прихода к власти спорили два виднейших социолога капитализма — Макс Вебер и Георг Зиммель. Эта новая реальность вовсе не «выросла» из производственного капитализма. На арену вышел спекулятивный капитал.
Деньги, освобожденные от связи с натуральными ценностями, наращиваются и «сжигаются» независимо от состояния реального хозяйства, при сложившейся банковской системе неизбежно возникает «навес» виртуальных денег, его периодически надо разрушать, что и приводит к кризисам. Но за свои виртуальные деньги глобальная постбуржуазия требует у должников твердой наличности — и высасывает ее из человечества. Она установила такие правила мировой экономики, что бедные всегда оказываются в проигрыше. Доктрины разделения человечества на «расы» победителей и проигравших поражают своей откровенностью.
Глобализация привела к всплеску антисоциальной и антигуманной философии и морали, сплотила ее выразителей. Как будто все темные силы, которые до этого прятались в порах общества и на социальном дне, вдруг атаковали прежний порядок. Как выразился один экономист, это революция отщепенцев, революция «союза париев верха и париев дна» — союза олигархов и воров. И эта революция регрессивна, это революция гуннов.
Структуры натурального хозяйства на периферии ликвидируются, но капиталистического производства не возникает — вот чем эти «кочевники» отличаются от промышленников. Глобализация — это посткапиталистический этап, капитал отказывается даже эксплуатировать большую часть населения Земли. Но этому населению не оставят его лесов, степей и недр. Доступ к их ресурсам будет определять лишь платежеспособный спрос.
Первая практическая задача глобализации рынка — передача территорий и минеральных ресурсов под контроль ядра мировой системы («первого мира»). Теперь доктрина глобализации написана на языке неолиберализма, который означает «возврат к истокам» либеральной политэкономии, а также социальной философии Гоббса и Локка. Иными словами, человечество вновь делится на тех, кто живет в состоянии цивилизации, и тех, кто живет в состоянии природы. Ж. Аттали ввел в оборот образ Запада как гетто или даже крепости, и этот образ быстро обретает реальные черты: за десятилетие 1980–1989 гг. на границе США и Мексики застрелено около 2 тысяч «контрабандистов рабочей силы».