![А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 2 [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/5/8/1/9/9/a-s-homyakov-myslitel-poet-publicist-t-2-litres-download.jpg)
А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 2 [litres]
- Автор: Тарасов Борис Николаевич
- Год: 2007
- Язык: русский
- Год: Знак
- ISBN: 5-9551-0187-X
- Жанр: Прочая религиозная литература
Электронная книга - «А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 2 [litres]». Краткое содержание книги:
Культура абсолютизма создала тип человека, который умеет себя сдерживать, у которого порядок в крови. Правда, это еще не есть человечность, восстающая против бесчеловечности. Но в этой человечности, в такте и человеческой деликатности героев Расина – огромное внутреннее достоинство его искусства. Это есть та степень шлифовки <…> когда она становится не внешней, а внутренним инстинктом, проникает в сердце человека, делается его второй натурой, когда общественное входит в кровь и плоть…[779]
В этой идеологии чувствуется декларированный и первыми русскими классицистами (В. К. Тредиаковским, А. Д. Кантемиром, М. В. Ломоносовым[780]) принцип обращения к античности как к материалу, сохраняющему эстетическую и идейную продуктивность.
А. С. Хомякова называли стоиком. Для русских поэтов XVIII—XIX веков понятие «стоик» означало многое; стоиком оказывается Петр Великий в поэме М. В. Ломоносова, «стоиком» напрямую называют своего любимого героя А. В. Суворова Г. Р. Державин и А. С. Шишков. А. Ф. Лосев пишет:
Важно отметить, что стоики тоже были поклонниками и почитателями древнего героизма. Но в то время как мифологические Геракл и Ахилл были героями по самой своей природе, так что героизм был для них всего только естественным проявлением их природы, в то же самое время стоики вовсе не считали человека героем по природе, а этот героизм нужно было еще воспитать, и достигнуть его можно было только в результате неимоверных субъективных усилий.[781]
Далее ученый трактует понимание произведения искусства стоиками как творческий акт, тождественный воспитанию в себе героического начала.
Эстетика поэзии, воспевающей героические образы, базируется на понимании принципа пользы как одной из категорий, важных для литературы. Этот принцип был основополагающим для русской поэзии XVIII века, он активно применялся и в веке XX, в особенности в советской литературе 1930–1960-х; не случайно некоторые исследователи называют социалистический реализм неоклассицизмом или сталинским классицизмом, сопоставляя его и с архитектурой 1930–50-х, в которой преобладал принцип «освоения классического наследия». Хомяков, в отличие от предшественников, решительно отошел от утилитарного понимания задач искусства.
Характерные черты русского героя, в которых воплотились важные для нашего исследования народные представления об идеале, обобщил И. А. Ильин в исследовании «О русской идее»:
О доброте, ласковости и гостеприимстве, а также и о свободолюбии русских свидетельствуют единогласно древние источники, и византийские, и арабские. Русская народная сказка вся проникнута певучим добродушием. Русская песня есть прямое излияние сердечного чувства во всех его видоизменениях. Русский танец есть импровизация, проистекающая от переполненного чувства. Первые исторические русские князья суть герои сердца и совести (Владимир, Ярослав, Мономах). Первый русский святой (Феодосий) есть явление сущей доброты. Духом сердечного и совестного созерцания проникнуты русские летописи и наставительные сочинения. Этот дух живет в русской поэзии и литературе, в русской живописи и в русской музыке.[782]
Следует отметить, что в этих тезисах И. A. Ильин охарактеризовал одно крыло российской героики, российского представления об идеале. Есть и другая традиция, неразрывно связанная с первой, – традиция, в которой первостепенное значение имеют такие черты, как трудолюбие, толерантность, аккуратность, дисциплинированность.
Фундамент хомяковской героики – это русский фольклор, а в первую очередь — киевский былинный цикл. Центральный образ русского героического эпоса – Илья Муромец – связан взаимно направленными линиями со святым Илией Муромским, с его образом в житийной литературе. Кстати, в народном эпосе мотив святости Ильи Муромца связан с ходячим сюжетом «гибели богов», выразившимся в русской былине о том, как перевелись богатыри на Руси: богатыри уходят, окаменевают, оставляют русскую землю — и это связывается с православной символикой.
Образ Ильи демократичен; крестьянское происхождение героя подчеркивает обобщенно-народный смысл такого феномена, как Илья Муромец. Не случайно этот былинный богатырь воспринимался как символ русского патриотизма. Знаменателен тезис А. С. Хомякова, говорившего о былине «Илья Муромец и Козарин»:
779
Гриб В. Р. Избранные работы. М., 1956. С. 318–319.
780
См., например: Тредиаковский В. К. Письмо, в котором содержится рассуждение о стихотворении, поныне на свет изданном от автора двух од, двух трагедий и двух эпистол, писанное от приятеля к приятелю // Сб. мат-лов для истории императорской Академии наук в XVIII веке. СПб., 1865. Ч. 2. С. 435–500; Ломоносов М. В. Письмо о правилах российского стихотворства // Ломоносов М. В. Сочинения. М., 1987.
781
Лосев А Ф. История античной эстетики. С. 272.
782
Ильин И. А. О русской идее // Русская идея. М., 1992. С. 437.