Рождение [СИ]

— Надо же! Они их спасти решили попробовать! И откуда только наши планы узнали? А? Неужели же думали, будто это хоть как-то сможет остановить исполнение воли князя? Нет, животное, человечеству нет места в Оутласте. Любому.

Услышанное оглушило, словно удар обуха по темени. Предводитель Сальвала поражённо покосился в сторону, где кипит работа пришлых соплеменников. На губах появилась нервная кривая усмешка.

— Как же глуп я был… Заслужил.

Он обречённо сомкнул веки, опуская голову в ожидании последнего удара. Меч взвился вверх, готовясь оборвать его жизнь, но вместо этого с губ истребителя сорвался болезненный возглас. Приказ Расту никто не отменял. Он старательно держался на расстоянии от оберегаемого им человека, однако вот возникла явная необходимость вмешаться, хоть легкомысленный земледелец и сам безалаберно подставился. Метнув несколько игл, ветеран сумел попасть одной в мякоть предплечья убийцы, остановив расправу, а теперь бежит, выхватив оба свои клинка. Уроженец Сальвала успел осознать: своим присутствием лишь мешает защищающему его конвоиру, которого зря искренне ненавидел. Поэтому Тауши подскочил и понёсся к посёлку. Флет с безумной скоростью взрезал воздух, превращая пространство вокруг в смертоносный вихрь стали. Пока что единственный приём с двумя мечами, который смог выучить при помощи Осилзского. Стоящий перед ним враг буквально остолбенел от эффектного зрелища. Кто-то за его спиной прохрипел с благоговейным ужасом:

— Двурукий!

На самом деле ещё не совсем так, но разочаровывать их временный телохранитель предводителя Сальвала не собирается: одно лезвие, вращаясь, отбило робко двинувшийся навстречу клинок пытающегося найти в себе хоть каплю самообладания соперника, а второе врезалось ему чуть выше вооружённого кинжалом запястья левой, едва не перерубив кость полностью. С криком григстанин кинулся наутёк. Однако один из его спутников пришёл к выводу: есть смысл обзавестись в сложившейся ситуации заложником, — и поспешил вслед за Ратиасом. Всё произошло с невообразимой стремительностью. Беглец споткнулся и, потеряв равновесие, грохнулся лицом в траву. Попытался подняться, но уже не осталось никакой надежды. И тут заметил Сайлу, притаившуюся за большой охапкой хвороста. Бледная, перепуганная и отчаянно готовая сражаться. Так рано овдовевшая, она готова теперь жизнь отдать за единственного родного человека. Отец не успел даже понять происходящее, а дочь уже кинулась навстречу преследователю, занося вилы для удара. Воин презрительно хмыкнул, ловко выбивая нелепое для него оружие одним ударом. Женщина заверещала и рванула куда глаза глядят, однако катастрофически не успевала, путаясь в длинной юбке. Крепкая рука иноплеменника стиснула её локоть и швырнула вниз. Крестьянка беспомощно сжалась, но сверху раздался предсмертный хрип. Обернувшись, осознала: Тауши успел подобрать выбитые вилы и ударить ими до того, как истребитель расправился с трясущимся в охватившей панике единственным его потомком. Поражённый только что сделанным, теперь тупо разглядывает ещё дёргающееся в агонии тело. Неужто он только что… убил?! Именно тогда и подоспел Ланакэн, осознавший: промедление будет стоить жизни, ибо от атакующих уже полетели первые метательные ножи. Осилзский сгрёб недавнего противника и бросил вниз. На миг они оказались совсем близко.