Избранные произведения. II том

Крепчающий ветер понес нас на север, а островитяне пытались не отстать: они яростно гребли и все время выкликали: «Тлулу, Тлулу!» — голосами, осипшими от напряжения. Три каноэ тоже подняли паруса — очень похожие на те высокие треугольники, которыми пользуются индейцы [т. е. маори. — Ред.], — рассчитывая все-таки догнать нас, ибо ветер им благоприятствовал. На парусах этих красовалось страхолюдное изображение их божественного Великого Кальмара, или Тлулу, намалеванное каким-то красным пигментом. Но, несмотря на всю их боевую раскраску и татуировки, их инфернальные вопли и оружие, наши канониры быстро с ними управились, осыпав смертоносными залпами картечи и ядер, изорвав в клочья их нарядные паруса и заполнив каноэ кровью убитых.

Не прошло и часа, как туземцы остались далеко позади. Мы шли полным ходом под безоблачным небом, делая примерно восемь узлов. Погода стояла ясная, светило солнце, и мы благополучно спаслись от островитян, так что нам полагалось бы воспрянуть духом, однако ж команда наша по-прежнему пребывала в дурном, раздражительном настроении. По мере того как мы плыли все дальше по пенным волнам, я чувствовал, как нервозность эта подчиняет себе и меня, и заметил, что мистер Форстер-старший сварлив и вспыльчив больше обычного. Матрос Гиллис на грани истерики, и, как ни печально, настроение его легко передается прочим матросам. Многие перешептываются о кальмарах и о том, что они предвещают. Обязанности свои моряки исполняют исправно, но без прежнего рвения. Нет, на мятеж это не похоже, но справедливо будет отметить, что к работе душа у них не лежит. За целый день мы не видели ни одной птицы и встречали очень мало рыб, хотя время от времени мимо нас проносился кальмар вездесущего вида Megaptera, и всегда — на юг. Теперь мне стало понятно, что и птица, и зверь не мигрируют куда-то, но бегут от чего-то. А вот мы плывем по волнам этому чему-то навстречу.