Весь Мегрэ. Том 3 [компиляция]
- Автор: Сименон Жорж
- Серия: Все произведения о комиссаре Мегрэ в трех томах #3
- Год: 2020
- Язык: русский
- Переводчик: Ю. К. Семенычев
- Жанр: Полицейские детективы
Электронная книга - «Весь Мегрэ. Том 3 [компиляция]». Краткое содержание книги:
1. Мегрэ забавляется (Перевод: Ю Семенычев, А. Шаталов)
2. Мегрэ путешествует (Перевод: И. Анатольев)
3. Сомнения Мегрэ (Перевод: Виктор Климанов)
4. Мегрэ и строптивые свидетели (Перевод: Елена Якушкина)
5. Признания Мегрэ (Перевод: Анна Тетеревникова)
6. Мегрэ в суде присяжных
7. Мегрэ и старики (Перевод: Анастасия Миролюбова, Г Орел)
8. Мегрэ и ленивый вор
9. Мегрэ и порядочные люди (Перевод: Нина Брандис)
10. Мегрэ и субботний клиент
11. Мегрэ и Клошар (Перевод: Ю. Семенычев )
12. Мегрэ и бродяга
13. Гнев Мегрэ (Перевод: Кира Северова)
14. Мегрэ и привидение (Перевод: И. Колоколова, Л. Романова, Николай Португалов)
15. Терпение Мегрэ (Перевод: А. Тетеревникова, Нина Брандис)
16. Мегрэ защищается (Перевод: Э. Косман)
17. Человек, обокравший Мегрэ (Перевод: Марианна Тайманова, Нина Брандис)
18. Мегрэ и дело Наура (Перевод: Николай Плиско)
19. Мегре колеблется
20. Мегрэ в Виши (Перевод: Юрий Уваров)
21. Мегрэ колеблется (Перевод: Нина Брандис, Элеонора Шрайбер)
22. Друг детства Мегрэ (Перевод: Татьяна Чугунова)
23. Мегрэ и убийца (Перевод: Иван Русецкий)
24. Мегрэ и виноторговец (Перевод: Элеонора Шрайбер, Нина Брандис)
25. Мегрэ и сумасшедшая (Перевод: Николай Плиско)
26. Мегрэ и одинокий человек (Перевод: Виктор Климанов)
27. Мегрэ и сумасшедшая (Перевод: Николай Плиско)
28. Мегрэ и осведомитель (Перевод: Нина Брандис)
29. Мегрэ и господин Шарль (Перевод: Ольга Кустова)
Кристина Жоссе вращалась в еще более замкнутом мире, чем судебный следователь, среди тех немногих людей, чьи имена постоянно мелькают в газетах — каждый их поступок служит предметом обсуждения, о них публикуют фантастические сплетни, но в действительности широкая публика почти ничего о них не знает.
Мегрэ был еще только инспектором, когда он метко сострил по этому поводу: его шутку часто повторяли новичкам на набережной Орфевр. Когда ему поручили следить за банкиром, которого потом, несколько месяцев спустя, арестовали, он сказал своему начальнику:
— Чтобы понять его образ мыслей, мне следовало бы по утрам есть яйца всмятку и рогалики вместе с финансистами…
Разве у каждого общественного слоя нет своего языка, своих табу, снисходительности к своим?
Когда он спрашивал:
— Что вы думаете о мадам Жосее?
Ему неизменно отвечали:
— О Кристине? Это восхитительная женщина…
Потому что в своем кругу ее почти никогда не называли мадам Жоссе: она была Кристиной.
— Женщина, которая интересуется всем, страстная, влюбленная в жизнь…
— А ее муж?
— Славный малый…
Это говорилось более холодным тоном, и было ясно, что Жоссе, несмотря на свои коммерческие успехи, никогда не был безоговорочно принят теми, с кем общалась его жена.
Его терпели, как терпят жену какого-нибудь знаменитого человека, шептали:
— В конце концов, если он ей нравится…
Комелио наверняка был взбешен. Он, должно быть, еще больше взбесился после того, как прочел газеты. Он провел следствие, которое его удовлетворяло, и уже приближался момент передачи всех материалов в Обвинительную палату.
А теперь все приходилось начинать сначала. Невозможно было игнорировать обвинения Ленэна, который постарался придать им гласность.
Теперь уже нужно будет допрашивать не консьержек, не шоферов такси, не соседей с улицы Лопер.
Волей-неволей придется иметь дело с новой средой, добиваться доверительных бесед, узнавать имена, составлять список уже известных «подопечных». Вероятно, Мегрэ поручат проверять по часам их времяпрепровождение.
— Жоссе утверждает, — возражал один журналист, — что он заснул в первом этаже, в кресле, вернувшись домой в десять часов пять минут. А достойный доверия свидетель, живущий в доме напротив, заявляет, что он вернулся только в десять часов сорок пять минут.
— Даже и добросовестный свидетель может ошибаться, — отпарировал адвокат. — Мсье Лалэнд, поскольку речь идет о нем, наверно, видел, как в десять сорок пять в дом входил какой-то другой человек, а мой подзащитный в это время спал…
— Значит, это вошел убийца?
— Вероятно.
— И он прошел мимо Жоссе, не заметив его?
— В первом этаже было темно. Чем больше я об этом думаю, тем больше мне кажется, что в момент преступления перед домом было не две, а три машины. Я пошел туда, чтобы представить себе все это яснее. Я не стал заходить к мсье Лалэнду, служанка которого встретила меня неприветливо. И все-таки я могу утверждать, что из окна этого достойного старца можно видеть кадиллак и другую машину, стоящую перед ним, но нельзя видеть машины, стоящей за кадиллаком. Я просил, чтобы мою гипотезу проверили. Если я прав, то я готов утверждать, что там было три машины.
В тот вечер мадам Мегрэ была взволнована. Она страстно заинтересовалась делом, о котором говорили в лавках, где она закупала провизию.
— Ты думаешь, это правильно, что Ленэн пошел в наступление?
— Нет.
— Жоссе невиновен?
Комиссар посмотрел на нее неопределенным взглядом.
— Пятьдесят шансов на сто, что нет.
— Он будет осужден?
— Вероятно, особенно теперь.
— Ты ничего не можешь сделать?
На этот раз он только пожал плечами.
Глава 7
Мсье Жюль и председательница
Мегрэ ничего не мог поделать с явлением, которое он наблюдал уже много раз и которое всегда его поражало, — ничего не мог сделать. Старый приятель комиссара, начальник городской полиции Ламбра, ответственный за транспорт, за демонстрации, за скопления народа, утверждал, что Париж, как и любое частное лицо, порой просыпается в агрессивном настроении и «встает с левой ноги», готовый придраться к любому случаю, чтобы излить свою досаду.
Нечто подобное бывает и с уголовными делами. Убийство, совершенное хладнокровно, при отвратительных обстоятельствах, может пройти почти не замеченным; следствие, а потом суд могут протекать при всеобщем равнодушии, даже в атмосфере необыкновенной терпимости.