Терроризм смертников. Проблемы научно-философского осмысления (на материале радикального ислама)

Палестина стала первым регионом, где феномен терроризма смертников стал опираться на полноценную культуру мученичества, созданную исламистами на базе суннитского ислама. Общим правилом стали видеозаписи завещаний «шахидов»[95] с красноречивыми прощальными словами, обращенными как к врагам, так и родному сообществу. Портреты мучеников стали развешиваться во всех публичных местах и общественных учреждениях (включая школы и университеты). В их честь собирались массовые процессии, среди участников которых некоторые демонстрировали свою солидарность с «шахидами», одевая муляжи поясов со взрывчаткой. Возникли особые семейные традиции, включающие угощение сладостями гостей, пришедших в дом родителей для почтения памяти павших мучеников. Культ мучеников и компоненты культуры мученичества Палестины могут быть сопоставимы с теми пропагандистскими формами, которые приняло почитание погибших басиджей в Иране (в Тегеране есть музей с галереей мучеников иранской революции, а именем юного Мохаммеда Фахмиде названы многие улицы, стадионы и школы по всей стране) и террористов-смертников в Ливане во время гражданской войны и оккупации этой страны.

В западных исследованиях принято четко подразделять палестинские повстанческие группировки, стоящие за терроризмом смертников, на светские и религиозные, исходя из политических программ и соотношения религиозных и светских компонентов в идеологии этих движений. Поскольку светские группировки, позднее включившиеся в организацию террористических актов с участием смертников в Пале-стане, проявили себя достаточно активно, многие ученые делают из этого вывод о необязательности религиозных компонентов в мотивации смертников, в итоге полностью отделяя феномен терроризма смертников от его исламистских культурных корней. По этому поводу стоит заметить, что классификацию палестинских движений на светские и религиозные группировки не стоит абсолютизировать, поскольку она не учитывает в полной мере культурные реалии мусульманского Ближнего Востока. Политические идеологии на Ближнем Востоке, даже светские и левацкие, наслаиваются на местные консервативные этнические и конфессиональные традиции, среди которых ислам занимает ведущее место. Организации, борющиеся за освобождение Палестины, в большинстве своем состоят из верующих мусульман, которые мыслят исламскими религиозно-культурными категориями. Более того, с последней трети XX века процесс исламского возрождения, затронувший этот регион, соединенный с затяжным противостоянием перед лицом внешнего врага, привел к укреплению религиозной идентичности и основ собственной культуры, которая стала все более противопоставляться вестернизированной культуре израильского общества.

Религиозные и националистические мотивы представлены в деятельности обоих, как исламистских, так и «светских» радикальных группировок Палестины, но в разном соотношении. «Светские» группировки, спонсирующие терроризм смертников, опираются на культуру мученичества, взращенную исламистами, а прежде всего, на идеал мученичества на пути Аллаха, представленный в современной радикальной трактовке. Несмотря на более светский характер видения политики и социального устройства, Фатх обладает культурным духом, который носит отчетливо суннитский характер[96]. В свою очередь бомбисты Хамас и Палестинского исламского джихада обращаются к националистическим целям. Поэтому мотивы смертников как националистических, так и исламистских организаций Палестины гораздо более сложны и взаимно переплетены и не сводятся лишь к националистической либо религиозной составляющим[97].