Восход памяти [litres]

Охранник, вернувшись к воротам, достал рацию. Спустя минуту-другую его круглая физиономия вновь появилась у окна автомобиля.

– Ваше имя? – спросил он.

– Сергей, – машинально ответил водитель.

– Марианна. – Девушка поспешила назваться, с очевидностью понимая, что обращаются именно к ней. – Иванова Марианна.

Охранник, скользнув раздраженным взглядом по незадачливому водителю, пробурчал:

– Проезжайте!

Под скрип открывающихся ворот автомобиль въехал на территорию частной психиатрической лечебницы в ближайшем Подмосковье, строго охраняемой, со строгими порядками и уставом. «Специализированная клиника для элитный клиентов» – так охарактеризовал учреждение Эдуард Александрович. Если Марианна правильно поняла психотерапевта, который выражался несколько пространно, специфика клиники заключалась в применении инновационных препаратов последнего поколения для лечения особо тяжелых душевных недугов. Препараты поставлялись, само собой, из-за рубежа, что с учетом новейших разработок главным образом отражалось на стоимости всего комплекса услуг клиники. На вопрос Марианны об эффективности внедряемых лекарств Эдуард Александрович уклончиво ответил, что какими-либо данными официальной статистики он не располагает, но не преминул добавить, что лечебница процветает вот уже добрый десяток лет и это лучше всего свидетельствует об успехах применяемых ее специалистами рецептур. Однако Марианна из всего услышанного сделала вывод, что и так называемая элитарность, и хваленые сверхсовременные препараты – не более чем элементарный маркетинговый прием, чтобы привлечь побольше «богатеньких буратин», которые мечтают избавиться от старых «пап Карло», но только так, чтоб их как можно меньше и реже терзали остатки совести. «Буратино» с радостью и легким сердцем помещает своего «папу Карло» в элитную клинику, где его пичкают сверхновыми инновационными препаратами, и он остается коротать свой недолгий век в комфортабельной атмосфере подмосковной клиники со всеми удобствами ради душевного спокойствия будущего поколения.

Кто спонсировал содержание в клинике легендарного медиума, оставалось только гадать. Воображение Марианны рисовало образ слегка тронутого умом ученого, этакого Эйнштейна от эзотерики, с косматыми волосами, торчащими в разные стороны, который мается от скуки в просторной палате со свежим ремонтом, удобной мебелью и светлыми стенами. Ей представлялось, как он прогуливается в сквере под присмотром заботливого персонала, читает книгу, сидя на скамейке, изредка без особой охоты обмениваясь дежурными фразами с другими пациентами.