![Самодержавие на переломе. 1894 год в истории династии [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/6/0/0/8/samoderzhavie-na-perelome-1894-god-v-istorii-dinastii-litres-download.jpg)
Самодержавие на переломе. 1894 год в истории династии [litres]
- Автор: Андреев Дмитрий Александрович
- Серия: Труды исторического факультета МГУ #207
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-00165-399-8
- Жанр: История
Электронная книга - «Самодержавие на переломе. 1894 год в истории династии [litres]». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Примечательно, что Джунковский, также лично видевший пастыря в тот же самый день у Юсуповых – вероятно, о. Иоанн приехал в Кореиз после литургии в Ай-Тодоре, – поделился в воспоминаниях прямо противоположными впечатлениями. По его словам, священник узнал Джунковского и тут же поинтересовался здоровьем его матери: за 8 месяцев до описываемых событий, 24 февраля, о. Иоанн был у матери мемуариста, которая болела пневмонией и состояние которой ухудшалось, по словам автора воспоминаний, «помолился у ее кровати, благословил ее, всех нас и очень ее подбодрил, сказав: “ничего”, “поправится”». И больная действительно вскоре полностью выздоровела[84]. И спустя более полугода пастырь, ежедневно молившийся о десятках людей, вспомнил приглашавшего его Джунковского и его мать. «Его память меня очень тронула, – отмечал мемуарист, – от Юсуповых он прошел на соседнюю дачу к графине Сумароковой, жене брата Юсупова, Павла Сумарокова, которая лежала больная в последней степени чахотки и, помолившись у нее, направился в кореизскую церковь, переполненную уже народом. Отслужив молебен и благословив всех присутствовавших, отец Иоанн возвратился в Ливадию»[85].
Налицо два мнения об отношении к о. Иоанну умиравшего Александра III – и, соответственно, две оценки самого священника.
С одной стороны, взгляд, который впоследствии получит широкое распространение в официальном памятовании почившего императора – о расположенности государя к пастырю, которая с особенной силой проявилась в Ливадии. Этой позиции придерживался Джунковский, у которого, правда, после выздоровления матери были свои веские основания относиться к протоиерею с исключительным пиететом.
С другой стороны, мнение, что знаменитого священника буквально навязали умиравшему императору некоторые мистически и экзальтированно настроенные члены императорской фамилии, а у ослабшего царя не было уже никаких сил сопротивляться, и он сдержанно принимал о. Иоанна. Такое суждение высказывали вел. кн. Николай Михайлович и Вельяминов.
Вероятно, эти две взаимоисключающие точки зрения так и оставались бы уравновешивающими друг друга и обоюдно недоказуемыми из-за крайне скудного количества надежных свидетельств, если бы не самые последние дни жизни Александра III, в которые он, несомненно, был однозначно расположен к о. Иоанну и не скрывал этого.
События разворачивались следующим образом. 17 октября – в особо чтимый в царской семье день, в который 6 лет назад никто из ее членов не пострадал во время железнодорожной катастрофы под Борками в Харьковской губернии, – он причащался у о. Иоанна. Этот факт не вызывает сомнений, так как отражен в дневнике цесаревича[86]. Об этом же свидетельствовал и Джунковский: 17 октября государь «приобщился святых тайн у отца Иоанна Кронштадтского, не мог встать на колени, а молился сидя» [87]. Более того, император причастился наедине и даже не позволил императрице совершить это таинство вместе с ним. В тот день Сергей Александрович отметил в дневнике, что с Марией Федоровной «вышло огорчение»: «…она хотела тоже [причаститься], но Саша совершил это один, запершись в своей комнате»[88]. Видимо, ощущая себя при смерти, государь хотел особого сосредоточения во время причастия в этот знаковый для него день. Таинство 17 октября стало первым случаем, когда царь во время пребывания в Ливадии причащался не у своего духовника: перед этим последний раз он, по данным камер-фурьерского журнала, «сподобился приобщиться святых тайн» у протопресвитера Иоанна Янышева в воскресенье 9 октября, то есть 8 дней назад[89]. О восьмидневном перерыве в совершении этого таинства императором и о том, что после этого перерыва он причащался у кронштадтского священника, сообщил и вел. кн. Николай Михайлович[90].
84
Джунковский В. Ф. Указ. соч. С. 324, 299–300.
85
Там же. С. 324.
86
Дневники императора Николая II (1894–1918). Т. 1: 1894–1904. С. 122.
87
Джунковский В. Ф. Указ. соч. С. 324.
88
Великий князь Сергей Александрович Романов: биографические материалы. Кн. 4: 1884–1894. С. 528.
89
РГИА. Ф. 516. Он. 53/2048. Д. 15. Л. 498.
90
Николай Михайлович, великий князь. Указ. соч. С. 15.