Эльф из Преисподней

Мне название ничего не говорило, а Лютиэна задумчиво зашлёпала губами, повторяя:

— Петергоф, Петергоф, Петергоф… Это в честь Петрограда?

— Это возле Петрограда, — сказала Дженни. В её голосе играла снисходительность, доступная лишь тем, кто изучил карту, к которой остальные доступа не имели, — Если идти по Петроградскому шоссе, то попадём в столицу. И если вы в настроении пробежаться, то можно успеть туда ещё до заката, вот так.

— Мы в России? Да ещё возле Петрограда? Отлично! Нас не выбросило на окраину цивилизации, куда-нибудь в американские прерии или в Африку, — объяснила мне сестра.

Я поверил ей на слово. Разбираться в географии Земли меня пока совершенно не тянуло.

Я отыскал в траве кольца перевоплощения, и мы с Лютиэной вновь натянули людские личины.

— Ну, побежали, — сказал я, — Постарайся не отстать слишком сильно.

— И вновь ты переоцениваешь себя, братец. Пока ты сидел затворником в своей лаборатории, я времени зря не теряла.

Я предпочёл доказать свои способности делом вместо пустой болтовни. Подхватил сумку с пожитками и рванул туда, куда показала Дженни.

В конечном счёте сестру я обогнал. Не потому что обладал выдающейся физической формой. Тело и впрямь нуждалось в тренировках.

Просто я мог не заботиться об усталости. Я гнал вперёд, невзирая на хрипящий протест лёгких. Игнорировал стоны мышц и скрип костей, готовых выпрыгнуть из мясного мешка. Все неприятные ощущения принял на себя Нани, а я наслаждался ветром в лицо и доселе невиданными пейзажами.

Земля была продвинутее Мундоса, это я понял сразу. Высились громадные коробки домов; тянулись к горизонту ровные полосы широких дорог, по которым мчались железные безлошадные повозки. А когда показалась плотная застройка Петрограда, я окончательно убедился в том, что людей тут живёт настоящая армада.

Я остановился у большой таблички с надписью «Петроград». Наш забег привлёк внимание, но не слишком большое. Прохожие спешили по своим делам, и им не было дела до двух подростков.

Всю дорогу Лютиэна дышала мне в спину. Когда я остановился, она едва не врезалась в меня. По лицу сестры градом катил пот. Да и я был мокрым, как выброшенный за борт моряк.

— Совсем забыл, мы спорили на что-то?

— Ага, на что спорили? — встряла фея.

Она с лёгкостью обогнала меня и сидела на табличке, блаженно щурясь. Её гонка ничуть не утомила. Помимо чудовищной выносливости, у пикси были крылья. Для неё наше состязание было детской забавой.

— Никаких споров. У нас дружная семья, — заключил я.

Сестра наконец отдышалась.

— Нужно искать ночлег. Спать на улице я не собираюсь.

С предложением трудно было поспорить.