Среди огнистых камней

– Иди к ассистентке,– посоветовала ей Юлька,– дама адекватная, ей можно сдать, даже, если ничего не знаешь. Она не станет заваливать. Наверно в деканате специально ее поставили вместе с нашим преподом, чтоб не портить показатели успеваемости. Машка,– обратилась ко мне Юля, поглядывая на Егора,– тебя подождать или ты сама справишься?

– Иди домой, Юль, меня Егор поддержит, если что,– улыбнулась я ей. – Поздравляю со сдачей экзамена.

– Позвони мне, как сдашь,– попросила напоследок счастливая подруга и упорхнула.

Из двери показалась Даша Азимова, со слезами на глазах. Она получила «удовлетворительно», хотя на свой билет ответила. Николай Федоровичу не понравилось, что она «плавала» по другим вопросам. Девчонки стали возмущаться, узнав об этом. Зачем тогда билеты с вопросами и подготовка к ним, если он спрашивает по всему курсу? Как тогда готовиться? Дашин билет не содержал схем, но учитель попросил нарисовать изменения в клетках при различных видах дистрофий. Это вообще-то не просто сделать, мы занимались такими схемами в специальных рабочих тетрадях.

Пока мы это обсуждали, вышла еще одна девчонка с отличной оценкой от ассистентки. Теперь никто не сомневался: чтобы хоть как-то сдать экзамен нужно стремиться к ней. Вслед за ней вышла Катя Беликова с «неудом» и заплаканными глазами. Без вопросов было ясно, что она получила эту отметку у нашего «зверя». Карина пребывала в шоке, уверенность в том, что она подготовилась и успешно сдаст экзамен, таяла на глазах. Моя реакция была противоположной – я расслабилась, так как помнила о своем втором шансе. Я шепнула Егору на ухо, что хорошо бы увести Карину в буфет, иначе до экзамена она не доживет и упадет в обморок. Ее тоже не сейчас вызовут в аудиторию, ее фамилия на «Р». Он согласился, и мы втроем отправились в буфет. На ходу я поинтересовалась у Егора, почему у него фамилия Воронов, а не Романов, как у отца.

– Мама не выходила за него замуж, и я был не нужен отцу, поэтому она решила дать мне свою фамилию.

– Твой дядя тоже Воронов? – поинтересовалась я.

– Да,– просто ответил он. – А в чем причина любопытства?

– Хочу знать о тебе побольше,– ответила я.

Утонувшая в своих тревожных мыслях Карина, даже не прислушивалась к нашей болтовне. Егор купил нам сок и кексы. Карина сок выпила, но к выпечке не притронулась. Егор съел и ее кекс, оправдываясь тем, что не позавтракал дома. Наблюдая за раскованным и беззаботным парнем, на моем лице вырисовывалась улыбка – его перестали мучить всякие сомнения. Он понимающе ухмыльнулся мне в ответ, поймав мой изучающий взгляд. Карина, наконец, заметила наши улыбки.

– Ты совсем не волнуешься? – недоверчиво спросила она.

– Волнуюсь, но не так как ты. Всегда можно пересдать,– напомнила я Карине.

– Ну да-а,– жалобно проблеяла она.

– Карина, ты расскажешь свой билет,– вмешался Егор. – Все, что мы вчера с тобой прошли и есть основной курс патологии. Тебе всего лишь надо немного расслабиться, чтобы твоя память высвободила нужную информацию. Ты все прекрасно знаешь, ты вчера ответила мне на все вопросы. Успокойся. Посмотри на меня,– попросил Егор, заглядывая в круглые карие глаза Карины, с кошачьей подводкой.