Государство Волжская Болгария: историко-правовой очерк [litres]

А. И. Артомонов пишет, что, согласившись с предыдущим толкованием, начало правления Кубрата надо относить к 632 г., т. е. ко времени, непосредственно предшествовавшему присоединению кутри-гур. В таком случае смерть Кубрата, правившего согласно «Именнику» 60 лет, относилась бы к 90-м гг. VII в., что явно невероятно, так как в эти годы уже существовало Болгарское царство на Дунае, возникшее после распада созданной Кубратом Великой Болгарии и после его смерти. Следовательно, цифру 60 лет надо считать за продолжительность не правления, а жизни Кубрата. К сожалению, никаких других дат, относящихся к Кубрату, у нас нет. Известно только, что он умер в царствование императора Константина II (641–668 гг.)[94], едва ли надолго пережив своего покровителя Ираклия[95].

Васил Златарский, исходя из данных «Именника», датирует правление Кубрата временем с 584 по 642 г. К 582–584 гг., он относит освобождение болгар из-под власти тюркютов [96]. Действительно в эти годы ввиду междоусобной войны в каганате сложились благоприятные условия для восстания подчиненных тюркютами племен, чем и воспользовались угры, тарниах и котзагир. Однако известно, что к 598 г. тюркюты полностью восстановили положение и нет никаких поводов полагать, что приазовские болгары составили исключение и остались вне власти тюркютского кагана. Правда, тюркюты должны были согласиться с возвращением Боспора Византией, так как были заинтересованы в союзе с империей, но в наших источниках нет даже намеков на то, что вместе с Боспором Византия обеспечила неприкосновенность и соседних с ним болгар. Вместе с тем не приходится сомневаться, что Византия заботилась о расширении и укреплении своего влияния среди последних, чем и может объясняться воспитание Кубрата при императорском дворе и хороший прием, оказанный гуннскому владетелю в 619 г.[97]

Возвращаясь к вопросу о гуннском государе, посетившем Константинополь в 619 г., мы можем теперь утверждать, что он не был Кубратом, так как этого хана, получившего в Византии титул патрикия, не было надобности вторично награждать тем же почетным званием в 635 г. Тем более вероятным, поэтому представляется отожествление неизвестного гуннского хана с Органой Моходу. Тот факт, что гуннский владетель, ведя переговоры по церковным вопросам и не препятствуя крещению своих подданных, сам от принятия христианства воздержался, может служить хорошим подтверждением вышеизложенного предположения, что это был тюркют, находившийся в зависимости от тюркютского кагана. Принятие им самим христианства означало бы измену каганату и переход под гегемонию Византии. Органа Моходу напротив сам мечтал стать тюркютским каганом.