В пору скошенных трав
- Автор: Димчевский Николай Владимирович
- Год: 1990
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- ISBN: 5-265-01097-1
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «В пору скошенных трав». Краткое содержание книги:
Главный герой повести «Дед» — пожилой сельский фельдшер. Это поистине мастер на все руки — он и плотник, и столяр, и пасечник, и человек сложной и трагической судьбы, прекрасный специалист в своем лекарском деле.
Повесть «Только не забудь» — о войне, о последних ее двух годах. Тяжелая тыловая жизнь показана глазами юноши-школьника, так и не сумевшего вырваться на фронт, куда он, как и многие его сверстники, стремился.
— Сейчас, отец, я врачей позову. Чего ж они, сволочи, своего заслуженного работника забыли? — Поднял шапку, в сердцах брошенную давеча на пол. — Да они без порток бегали, когда ты эту больницу подымал! И теперь помочь не хотят! Я наркому здравоохранения правительственную телеграмму! Сейчас же! Погоди, только до почты добегу! Такой тарарам устрою — чертям тошно станет! Надо лечиться, отец, а не лежать сложа руки!
— Нет, нет! — раздался ответный стон. — Не надо! Никуда не ходи! Никто не поможет… Нарком тоже не поможет… Медицина бессильна… Я знаю свою болезнь. Это надолго. Впереди — полный паралич, знаете да… — Он со значением помолчал и не торопясь стал обосновывать новую мысль. — Поскольку возможна полная неподвижность, к ней, знаете да, надо готовиться немедленно. — Пожевал бороду, вздохнул глубоко. — Только ты, Проша, можешь мне помочь. — Закрыл глаза, раскручивая про себя некий замысел, потом повеселевшим, вполне бодрым голосом: — Сделай, Прошка, следующее: во дворе, на полке у верстака, найдешь блок. Там же — связка новых веревок (летось подарил Михал Семенов из Крутиц)… Все бери и тащи сюда. Начнем делать приспособление для мово перевертывания, иначе я помру голодной смертью и от жажды. Иди скорей.
Прохор поспешно направился к двери, но отец остановил его:
— Еще вот что: найди там большой крюк с винтовой резьбой, но не ржавый, а новый (давеча Кузьма Петров, кузнец из Исад, принес). Да не забудь инструменты: коловорот, перо к нему — среднее, стамеску малую, на всякий случай, молоток и прочее — сам сообразишь… Дело, видишь ли, в следующем: перво-наперво, надо провернуть отверстие в балке на потолке, аккурат над серединой кровати, и ввернуть туда крюк… потом блок, и так далее… Иди.
Вскоре Прохор вернулся, нагруженный всем, что требовалось. Отец его с нетерпением ждал.
— Так. Все верно. Теперь тащи стремянку. Без нее не обойдемся.
Прохор размахнул дверь, через весь дом потянуло холодом.
— Избу выстудите — куда это годится! — заворчала бабушка. — Серёдь зимы двери настежь. Лето, что ль? Токо грубку истопили — обратно, что ль, за дровами итить?..
Прохор уже тащил из сеней стремянку.
— Знаешь, мать, для здоровья отца ничего не жаль. Если понадобится, кубометр в день станем жечь. Машину в день — во! Я так считаю. Не цените вы старика, забыли больного человека. — Он зло плюнул в таз под рукомойник. — Это сговор какой-то… И врачи-вредители с вами заодно.
Бабушка опять пыталась возразить, но сын только отмахнулся. Установил стремянку, скинул на сундук шубу и, не теряя времени, полез к потолку с коловоротом.
Начали выбирать место для крюка.
— Возьми веревку и гирьку — сделай отвес, — приказал дед, — иначе точности не будет никакой, знаете да.
Прохор слез со стремянки и удалился в сени искать гирьку. Вернулся, привязал к веревке.
— Сходи еще в сени — там в ящике есть мел кусковой — возьми, отметишь, где сверлить…
Прохор покорно, однако уже с некоторым раздражением отправился за мелом.
— Теперь полезай, наметим, — удовлетворенно сказал дед.
Прохор снова взобрался на стремянку.
— Спускай отвес.
Гирька закачалась возле бороды.
— Не туда. Подай подальше, чтоб пришлось у поясницы.
Гирька подвинулась.
— Еще подай. Так! — деловито покрикивал дед. — Хорош! Ставь мелом крест.
Оказалось, мел Прохор оставил внизу…
Все началось сначала. Прохор насупился, но не перечил. Поставив крест, взял коловорот и принялся сверлить.
— Ай, ай! Прошка, дьявол, да что ж ты делаешь! Все глаза мне запорошил! Ай, батюшки! Лицо-то мне закрой сначала!
Странновато заворчав, Прохор слез и прикрыл отца полотенцем. Сверление продолжалось.
— Ох, батюшки, задыхаюсь! Уморил… — глухо забубнил под полотенцем дед.
— Терпи, отец, кончаю, — деревянно отозвался Прохор.
Снимая полотенце, он не заметил ни одной крошки опилок и насупился.
Дед хватал воздух криво отверстым ртом.
— Уморил. Чуть не задохся… — Открыл глаза, деловито оглядел балку. — Ввертывай крюк!
Прохор неохотно полез на стремянку.
Дед с интересом следил за работой, подавая под руку советы, от которых у Прохора выступала пена в углах губ.
— Таперича, — весело крикнул дед (обычно так он это слово не произносил), — таперича, — вкусно подчеркнул он, — бери блок и крепи к нему веревку. Вяжи мертвым морским узлом.
— Отец, — хрипло, но смиренно ответил Прохор, — ты знаешь: я во флоте не служил и морских узлов вязать не умею.