Уходи! И точка...
- Автор: Иванова Ксюша
- Серия: Агентство & #3
- Язык: русский
- Жанр: Другая проза
Электронная книга - «Уходи! И точка...». Краткое содержание книги:
Колени болели терпимо, а вот ладони! Казалось, они были свезены до самых костей! Я боялась даже смотреть на них, страшась не самого вида крови и ран, а того, что могу упасть в обморок и тогда ребенок останется один в лесу!
Ближе к дому, когда из зарослей вышли, Алик плакать перестал, но судя по тому, что к нам навстречу бежал его отец, рев мальчика все-таки незамеченным не остался!
Я боялась даже смотреть на мужчину! Он меня просто убьет! И что ж я за человек-то такой — "косяк на косяке", как говорит Вероника! Утром из-за меня пострадал отец, а теперь и сыну досталось! И ведь оправданий никаких — смотреть за ребенком нужно лучше! Меня именно для этого наняли, а я по телефону болтаю!
Метрах в двадцати от Антона я все-таки решилась посмотреть в его лицо. И поняла, что боялась встречи с Радуловым не зря! Был он чернее самой страшной грозовой тучи — брови нахмурены, лицо, словно каменное — напряженное, злое! Ой, мамочки! Я прикрылась Аликом, точно щитом, боясь, если не удара, так трепки точно!
— Что случилось? — его глаза лазерами вцепились в меня! Мне казалось, что даже отвечать ничего сейчас не нужно, потому что стоит Антону поближе ко мне подойти, он память считает через сетчатку моего глаза!
— Папа! — мальчик, лишая меня единственной защиты, протянул к отцу ручки и плавно перекочевал к нему.
— Ой, вы испачкаетесь, — от страха я даже забыла, что на Алике крови меньше, чем на мне самой и попыталась смахнуть с его штанишек большое бурое пятно!
— Так. Смотри на меня, — скомандовал Радулов тоном, не предвещающим ничего хорошего. — Четко отвечай на вопросы. Первый. Что случилось с моим сыном?
— Увидел ужа, испугался, упал и занозил руку! — четко ответила я.
— Второй. Что случилось с тобой? — голос Радулова, казалось, стал на тон холоднее.
— Побежала к нему, споткнулась, упала, разбила ноги и руки, — словно на допросе быстро и четко ответила я.
— Третий. Куда ты смотрела? — сейчас его голос ничем не отличался от айсберга — на поверхности ледяная глыба, а внутри — смертельная угроза!
— Не знаю, — еле слышно выдавила я, уставившись на белый подол платья, который сейчас, как в фильме ужасов каком-нибудь, был весь в буроватых пятнах крови.
— Сейчас идем к медсестре, — отдал приказ Антон Викторович, и я послушно зашагала, кривясь от боли в разбитых коленях вслед за ним.
… Больше всего на свете мне хотелось, чтобы он ушел! Пусть мне будет больно, пусть даже будет очень больно, главное, чтобы не у него на глазах! Но он держал избавленного от занозы Алика на коленях и внимательно следил за всеми манипуляциями Светланы, медицинской сестры "Востока".
А я изо всех сил сдерживала слёзы. Было больно. А еще было жутко обидно — плохая из меня получилась нянька. А еще мучил стыд… И страх — теперь-то Антон меня точно выгонит!
И когда, потерянная и расстроенная, с перебинтованными ладонями и заклеенными пластырем коленями я вышла из кабинета медсестры, уже заранее знала, что он сейчас скажет. И он сказал:
— Агния, ты иди к себе. Я сейчас Алика к Семенычу отведу и поднимусь.
Понятно ведь, зачем поднимется! Я шагала наверх по деревянной лестнице и думала: "Придет и скажет, чтобы я собирала вещи и уезжала отсюда!"
В комнате не могла себя заставить присесть — металась из угла в угол, пока за дверью не послышались громкие шаги. Резко обернулась к нему навстречу, страшась и внутренне готовясь услышать что-то страшное, но он, войдя в комнату, вдруг сказал:
— Давай я тебе помогу платье снять — застежку сзади с забинтованными руками ты расстегнуть не сможешь…
11 глава.
Вероника
— Удивляюсь тебе, Вероника! Другие девчонки, если парня на свидание зовут, то наряжаются в лучшее платье, расфуфыриваются с ног до головы! А ты? Ну, придет он сейчас! Ну, увидит тебя всю зеленую, в сапогах резиновых, и что думаешь? Решит, что краше Вероники нет никого на всем белом свете?
Я уже и сама поняла, что зря его сюда пригласила! Просто вчера сердцем чувствовала, что нужно было что-то оригинальное придумать, что иначе не пойдет он, не поведется. Опять же вечером ехать, а мне выступить нужно — коллектив подвести нельзя! И что-то ещё выдумать просто не было времени! Но думать о том, не сглупила ли я, правильно ли поступила, было уже слишком поздно — первый звонок прозвенел, еще десять минут и представление начнется.
Осторожно выглянула из-за кулисы в зал — детские писки и крики, громкое "ту-ту-ту", доносящееся из купленных в фойе театра дудок, полутьма — всё это не давало возможности разглядеть его, сосредоточиться, почувствовать, наконец! А мне, на самом деле, казалось, что я непременно должна его почувствовать — только Захар войдет в зал, и я по-другому как-то буду воспринимать окружающую реальность!