Пульс боли (СИ)

Не дожидаясь ответа, он воспользовался пультом управления. Верхний свет погас, но загорелись периферические светильники, создавая в спальне эротическую атмосферу. Следующее нажатие кнопки включило музыку, и та, пролившись из колонок волшебными струями, растеклась по воздуху. Юки, желая переключить Акутагаву на себя, обхватил его лицо руками и принялся исступленно целовать.

Возлюбленный не сразу поддался этому напору, оставаясь еще некоторое время невосприимчивым к прикосновениям Юки. Но тот не сдавался, настаивая на своем – скользя языком в горячей глубине рта Акутагавы, вызывающе заигрывая с его языком, разжигая томление и призывая к действию. И в какой-то момент мужчина, не устояв, со стоном раскрылся навстречу губам Юки, не в силах совладать со страстью. Ив, оставаясь неподвижным, взирал на них так, словно он был умирающим от голода нищим, наблюдающим со стороны за роскошным пиршеством во владениях богача. Юки, добившись желанного результата от Акутагавы, бросил на Ива выразительный взгляд:

- Ты до сих пор изображаешь предмет мебели? Или предпочитаешь уйти?

- Нет.

- Тогда мы ждем.

Зеленоглазый мужчина помедлил, выжидая, воспротивится ли Акутагава – затем, не скрывая предвкушающего оскала, наконец-то оторвался от стены. Он сделал несколько шагов вперед, двигаясь с неподражаемой грациозностью и прислушиваясь к ритму с вкраплениями восточных мотивов. Остановившись неподалеку от постели, Ив рывком стянул резинку, удерживающую волосы в хвосте, встряхнул шевелюрой и начал танцевать.

Юки мог сколько угодно считать его сумасшедшим, но отрицать очевидного не мог: что-что, а своим телом тот владел превосходно, так – словно с самого детства все свое свободное время посвящал танцам и жил только этим. Его стройное тело, не ведая скромности и неловкости, извивалось, будто плавая в звучащей мелодии. Ив умел быть эффектным, когда это было нужно!.. Раскрепощенными движениями он стянул с себя водолазку, не спеша обернулся вокруг себя, позволяя рассмотреть все привлекательные части своего тела, потом, плавно вращая бедрами, взялся за ремень на джинсах.

Дыхание Акутагавы сбилось, он, не спуская глаз с Ива, уже не противился Юки, позволяя ему делать все, что заблагорассудится. Тот расстегнул ширинку на его брюках, высвобождая твердый, как камень член и начиная двигать по нему ладонью – от корня, окруженного темными завитками волос, до головки - заставляя Акутагаву постанывать от удовольствия.

Ив, обнажившись полностью, на коленях подполз к ним, выглядя при этом настолько восхитительно-порочно, что не хотеть его в этот миг было просто невозможно. Прикоснувшись к ногам Акутагавы, он развел их в стороны и устроился между ними, его рот заменил ладонь Юки. Он с бесстыдной жадностью принялся вылизывать член, а Юки и Акутагава тем временем целовались, пока у последнего не начало темнеть в глазах от острейшего возбуждения.

Юки чувствовал себя так, словно принял головокружительную дозу спиртного – как сквозь туман он, испытывая и страх и нетерпение одновременно, наблюдал за тем, как двое любовников раздевают его. Теперь от него уже не требовалось инициативы, Ив и Акутагава взяли на себя активную роль, оставив ему только возможность наслаждаться. Недолго думая, они поделили Юки между собой: его член оказался во власти Ива, а Акутагава, устроившись сзади и покусывая ему затылок и шею, мягким толчком проник в него. Зажатый между мужчинами, он, обливаясь липким потом, изгибался, сходя с ума от переизбытка ощущений. Кажется, уже в конце, он даже кричал – зажмурившись и слепо хватаясь за руки Акутагавы, что сжимали его талию…

После всего, Юки понадобилось время, чтобы прийти в себя. Когда его сознание несколько прояснилось, он обнаружил себя в объятиях Акутагавы, а с другой стороны к нему прижималось тело Ива. Все трое тяжело дышали, еще испытывая отголоски пережитых оргазмов.

- Передай мне сигареты, - нарушил молчание Акутагава, обращаясь к Иву. Обратив взор на лежащего у него на плече Юки, он спросил: - Тебе принести чего-нибудь?

- Бокал мартини, если ты не против, - вздохнул тот.

- Хорошо, но только один бокал, - Акутагава приподнялся было, но Ив, отдав ему сигаретную пачку и зажигалку, сказал, что сам принесет спиртное. Пока зеленоглазый мужчина отсутствовал, он прижал к себе молодого человека крепко-крепко. – Ты выглядишь растерянным… Все нормально?

- Я в порядке… Тебе ведь было хорошо?

- Даже очень.

- Тогда я счастлив, - Юки улыбнулся ему.

Получив мартини, он устроился на подушках и принялся неторопливо поглощать напиток. Его любовники, не покидая постели, вальяжно закурили. Юки изо всех сил пытался скрыть свое истинное состояние – хотя, чем больше он отходил от сексуальной горячки, тем сильнее становился его шок. Он смотрел на обнаженных мужчин, расположившихся подле него, и не мог окончательно поверить в то, что произошло.

Почувствовав прикосновение к своему животу, он поднял взгляд от бокала – Ив, игриво закусив губу, выводил на его коже узоры кончиками пальцев. Похоже, что тот уже отдохнул, и теперь хотел продолжения. Юки не шелохнулся в ответ, поборов импульсивное желание ударом отбросить от себя руку мужчины; ему стало тошно, что тот, кого он презирает, заставил его испытать такой оглушительный оргазм. Пальцы Ива, между тем, без дела не оставались - они скользнули вниз, легко и откровенно занявшись членом. Акутагава пристально следил за Юки, и, заметив его дискомфорт, вытянул руку и ухватил Ива за волосы, грубо оттаскивая прочь от молодого человека.