Мятежники Гора

— Ну что ж, — сказал Лорд Ямада, — будет интересно посмотреть результат нашего испытания. Думаю, тебе известна его суть, поскольку эта процедура, пусть и не повсеместно, но практикуется на островах. Например, её используют в судах, действующих по нормам общего права для того, чтобы решить, виновен или невиновен подсудимый. Конечно, зачастую это является забавным способом казни, при которой наивный объект мучает себя надеждой, что сможет выжить. Поскольку Ты, очевидно, человек низкого рождения, простая, благородная казнь была бы для тебя не подобающей. Однако в силу твоих предполагаемых навыков и моего собственного любопытства, разожжённого слухами и отчётом моего офицера, я решил отказаться от соломенной куртки, распятия или чего-то подобного.

— Я скромный человек, и я благодарен за оказанную честь, великий лорд, — поблагодарил Нодати.

— Насколько я знаю, — продолжил Лорд Ямада, — никто на островах из тех, кто был подвергнут испытанию, не выжил.

— Мне это известно, великий лорд, — сказал Нодати.

— И какой вывод мы можем сделать из этого? — спросил Лорда Ямада.

— Возможно, — предположил Нодати, — многие были виновны.

— Или недостаточно квалифицированы, — усмехнулся сёгун.

На мой взгляд, в данном случае это было почти одно и то же.

— Я сам проводил это испытание одиннадцать раз, — сообщил Лорд Ямада. — Никто не прожил дольше, чем до второй стрелы.

Нодати вежливо склонил голову, давая понять, что принял эту информацию к сведению.

— Кацутоси, капитан моей гвардии, — сказал Лорд Ямада, — останется рядом с тобой и передаст тебе короткий меч.

Нодати снова поклонился.

— Ну что ж, друзья, — повернулся к нами к остальным собравшимся Лорд Ямада, — нам пора.

Толпа, включая нас, четверых узников проследовала прочь от столба, у которого остался стоять привязанный Нодати, руки которого были свободны.

— Не бойтесь, — прошептал мне Таджима, когда мы остановились около стойки со стрелами и стола с луками.

— По-моему, — проворчал я, — у нас более чем достаточно поводов для беспокойства.

— Это же Нодати, — не без благоговения в голосе сказал Таджима.

— Не будь таким наивным, мой дорогой друг, — буркнул я.

— Он медитировал, — объяснил Таджима. — Стрелы не неизвестны для него, так же как и лук. Не бойтесь за него, друзья.

— Что Ты имеешь в виду? — не понял я.

— Он сам как стрела, — сказал Таджима. — Он ощущает её полёт, её стремительность, её намеченную цель.

Я не нашёл, что ответить на это. Пертинакс, очевидно, тоже был обеспокоен.