Царь горы [СЛЭШ 18+!]

— Может быть, нет, но вмешиваться напрямую он не станет. Он слишком крупная фигура и стоит особняком. Но он нужен нам, а мы нужны ему. Любому, кто возглавит город, нужна его поддержка.

Гарри кивнул, снова принимаясь ковырять салат. Тщательно обдумывая и взвешивая слова, он ввёл Сириуса в курс дела, а потом просветил его насчёт истории со скрипкой.

— Питер? — изумился Сириус. — Да быть этого не может!

Он задумался.

— Кто его знает, что с ним происходило последние тринадцать лет… Может, ему деньги позарез были нужны… А что Квиррелл? Выяснили, как они оказались вместе?

— Нет. Удалось только узнать, что Петтигрю несколько раз видели в Банглатауне. Однажды его засняла камера наблюдения, где он входил в магазин. Без футляра. Мы следили за входом, сняли камерой всех, кто приходил к Квирреллу, рассортировали, всех проверили, поставили жучки на телефон и прослушивали разговоры, но ничего выяснить не удалось.

— Как же их обоих упустили в тот день?

— Те, кто сидели в наружке, отвлеклись: у магазина ночью началась перестрелка. Нашим людям пришлось убраться подальше, чтобы полиция их не взяла как свидетелей. Так что был ли там в ту ночь Петтигрю и когда вышел Квиррелл… сам понимаешь.

Сириус помолчал.

— Опять перестрелка, говоришь… А кто?

— Какая-то мелочь. Ларьки не поделили, — отозвался Гарри, мысленно соглашаясь с крёстным, который явно решил, что произошедшее было отвлекающим манёвром.

— А я был уверен, что это дело рук Снейпа, — задумчиво заметил Сириус. — Очередной фанатик. Он и правда ни при чем?

— Правда.

— Ты хорошо его потряс?

— Хорошо.

— Молодец! — Сириус одобрительно хлопнул его по плечу. — Говорю же: весь в отца. Тот был мастер вытряхивать правду. А где теперь скрипка?

— У Снейпа.

Сириус удивился, но Гарри, помедлив, объяснил:

— У меня есть кое-какие подозрения, кто мог стоять за Петтигрю и Квирреллом. Есть одна идея. Нужно, чтобы скрипка оставалась у Снейпа.

Крёстный пожал плечами и заметил:

— Мы всегда можем этому Снейпу когти пообстричь.

— Сириус, — спросил Гарри безразличным тоном, — а эти японцы, или кто они там, у кого отец купил скрипку на аукционе, они её откуда взяли?

— Не знаю.

Гарри ничего не говорил, пока крёстный продолжал рассыпаться в похвалах по поводу и без, продолжая расспрашивать его о делах.

— И все эти годы скрипка была у тебя? — вернулся Гарри к этой теме, как только Сириус замолчал.

— Да, — машинально ответил тот и добавил раздражённо: — Гарри, в чём дело? Почему тебя так интересует этот инструмент?

Гарри, услышав этот тон, не подняв головы и настороженно глядя в тарелку, ответил равнодушно:

— Слишком много из-за него неприятностей.

Беседа ушла в сторону, но Гарри стал ещё тщательнее выбирать слова. Нелепое чувство, что между ним и крёстным остаётся некое недопонимание, не оставляло его. Гарри списывал это на разницу в возрасте, на то, что они плохо знали друг друга и не привыкли к общению, но Гарри нет-нет да и посматривал на Сириуса, словно бы оценивая. Атмосфера дома, манеры крёстного завораживали его, он снова будто бы становился тем, кем был раньше — не сомневался в своем выборе, был тем, кем сам себе виделся и кем старался стать: расчётливым, успешным и сильным. Он смеялся вместе с Сириусом, когда тот рассказывал, как удачно ему удалось обмануть Дженовезе и сторговаться на грандиозную сумму, хотя сам Дженовезе полагал, что это ему удалось выжать из лондонской мафиозной верхушки больше обычного. Гарри ухмылялся, пил вместе с Сириусом хороший крепкий виски, невольно вспоминая позавчерашний вечер с Гермионой, и отчего-то ощущал себя чучелом. Хотелось закричать: «Заткнись!», но вместо этого он только улыбался, и губы его к концу вечера болели, словно ему вставили в рот распорку.