Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

– Езус-Мария, там кто-то есть! Мужчина или женщина?

– Женщина.

– Живая или мертвая?

– Кажется, живая, я видела, как дышит. Но потеряла сознание. Хватит болтать, сделайте же что-нибудь! Можно под задние колеса подложить что-то, чтобы больше не скатывались.

Мужчина возразил:

– Как же женщина, когда мужчина!

– И к тому же лысый! — поддержала его спутница.

Я разозлилась.

– Какая разница, лысый или нет, мужчина или женщина? Все равно надо спасать!

И ни с того ни с сего мною овладела совершенно иррациональная жалость к Мизюне. Она сидит там совсем беспомощная, без сознания, а они тут над ее лысиной потешаются. Будь у меня возможность, сбегала бы, натянула ей парик на лысую голову. Ну что за люди, топчутся бестолково, говорят о глупостях вместо того, чтобы делом помочь!

– Немедленно стабилизируйте «мерседес»! — рявкнула я на мужчину.

Нервно вздрогнув, тот перестал пялиться на лысую Мизюню, потянул свою бабу за рукав, велел ей стать по другую сторону «мерседеса», дал мне знак. Они уперлись с двух сторон в дверцы машины, я сняла ногу с тормоза своей, и совместными усилиями мы вытащили наконец проклятый «мерседес» на обочину шоссе.

Вытерев пот со лба, я вышла из машины, и теперь мы уже втроем уставились на Мизюню. Нет, это все-таки судьба. Не могу я напялить на нее съехавший набок парик, все дверцы в «мерседесе» заперты, окна тоже, вот, проверила. Выходит, решение оттащить машину на буксире было единственно правильным, попытки открыть дверь или окна закончились бы тем, что она рухнула бы в озеро. А теперь с меня достаточно, я сделала, что могла, окна пусть выбивает кто-нибудь другой, хотя бы полиция или «скорая помощь».

А Мизюня вроде бы стала приходить в себя. Да, вон пошевелилась и, кажется, простонала.

И я вежливо обратилась к случайным помощникам:

– Вы могли бы остаться здесь еще какое-то время? Я съезжу за полицией, кстати, сразу же дам показания, пусть составят протокол. И «скорую» вызову. Нельзя оставлять машину без присмотра, еще уведут или обчистят.

Помощники охотно согласились. Думаю, главным образом по той причине, что так и не решили спора о половой принадлежности жертвы катастрофы и в мое отсутствие намеревались эту жертву еще раз с пристрастием рассмотреть.

Свернув и спрятав трос, я уехала, оставив их наедине с Мизюней.