Повна академічна збірка творів

Израиль. О Наеман! Наеман! Дышеш Духом Параклйтовым282, с высоты силою Его облеченный. И что есть Дух Утѣшитель, если не ЧИСТОЄ СЕРДЦЕ, от мрака грѣховнаго воззванное? Аки в солнцѣ СОЛНУШКО, Зѣница его, во вкус и прозорливость аяющее.

Сей есгь живый Силоам283 и родная Софїа284, видящая Двое и глаголющая Странное285.

Наеман. Тѣмже, о Израилю, идуще новым святаго Духа путем: Ищите и Обрящете286. Се вся полезная суть возможна, и возможная - полезна.

Ѳарра. Мнѣ бы хотѣлось быть оным Папою и сочетать во одной Ипбстаси Первосвященсгво и Царство287.

Михаил. О славолюбный Зара288! Куда тебе Дух воскриляет? Но притом приснопамятно будь de:

"Кто, яко Бог?"289

Ѳарра. Развѣ же Бог не хощет, чтоб мы были Богом290?

Михаил. О Ѳарра! что радосгнѣе святому Духу, как тое, чтоб нам всѣм стать Богом291?

Ѳарра. О Михайл! Се ты странное воспѣл!

Михаил. Если оно святому Духу прїятное, тогда во истину странное и преславное. Он єдин есгь любопытная Оселка, показующая чистое Злато, нареченна Рймски Index292. И в сїю-то мѣть ударяет сїе Павлово Слово: "Докімазете панта..."293

"Вся испытайте, благая же прїемлите"294.

Аще же гнушается Оный Голуб, тогда оно бывает Мїрскбе, мбдное, и в таком смыслѣ ббщее, в какбм разумѣет Петр святый, глаголя сїе:

"Господи, николйже ядбх скверно"295.

Скверно, в Рймском же лежйт Commune296, Еллински коіѵбѵ297, разумѣй Coenum298, сирѣчь Блато, грязь, мёрзкое, мїрскбе...

Ѳарра. Вить же славы искать Дух святый не запрегцает?

Мих[аил]. "Слава в студії их..."299 Видиш, что студная слава запрегцается. За добрую же славу лучше желает Павел умрѣть, нежели её испразнйть300. Оная слава есть тѣнь, а сїя Фйникс301. Оную хватают Псы на водѣ Сирёнской302, Сію же прїемлют Чада Божїя во Авраамлей Гавани. Суєтна слава, тгцетная прибыль, сласть ядовита, се три суть, суть Адскїя Горячки и Ехиднины303 Дгцери, нечестивому сердцу во опаленїе. Но Сущая Слава, истинная прибыль, Сласть не притворна, се аи суть Духа святаго Невѣсты, во обятїях своих чистую душу услаждаюігця.

Ѳарра. Угадал ли я, что по Правилу Израилскому пустая слава есть труднѣе ИСТИННЫЯ?

Мих[аил]. Тфу! Как же не труднѣе Псу схватить тѣнь, нежели истинный Кус304? Вот пред тобою Яблонь! Схвати мнѣ и подай тѣнь. Но самое тѣло Ея вдруг обнять можеш.

Ѳарра. Не только, но и плод сорву. Се тебѣ с нея прекрасное Яблоко! Благовонное! Дарую тебѣ. В нем обрящешь столько яблочных Вертоградов, сколько во Все-вселённѣй Коперниканских Міров. Вот тебѣ от мене награда! За твоє доброе Слово!

МИХ[АИЛ]. Если бы ты мнѣ Все-вселенну дарил по плоти, я бы отказался. И малыя Сторонки, моея Матери Малоросаи305, и одной Ея Горьї, не взял бы. Гдѣ мнѣ Её дѣвать? Тѣлйшко моє есгь маленькая Кучка, но и та мнѣ скучна. Что есгь плоть, если не Гора? Что Гора, если не Горесгь? "Кто, яко Бог?"306

Что сладчае и легчае, и вмѣсгнѣе, как Дух? Сердце моє вкушает Его без грусги, пьет без омерзѣнія, вмѣщает без труда, носит без досады. Душа моя в Духа, а Дух в Сердце моє преобразился. Боже сёрдца моего307! О Часгь моя всесладчайшая308! Ты Един мнѣ явил ДВОЕ: сѣнь и безвѣсгную Тайну. Тьі еси Тайна моя, вся же плоть есгь сѣнь и Закрбв твой309. Всяка плоть есгь риза твоя, сѣно и пепел, Ты же тѣло, Зёрно, Оимїам, Стакти и Kada310, пречистый, нетлѣнный, вѣчный. Все тебѣ подобно, и ты всему, но ничтоже есть тобою, и ты ничемже, кромѣ тебе. Ничтоже, якоже Ты311.