История инквизиции
- Автор: Ли Генри Чарльз
- Год: 2007
- Язык: русский
- Год: Эксмо
- ISBN: 978-5-699-20812-8
- Переводчик: А. В. Башкиров
- Жанр: История
Электронная книга - «История инквизиции». Краткое содержание книги:
Само собой разумеется, это духовное наказание налагалось только на обратившихся. Мятущийся еретик, упорствовавший в своем непослушании, упрямо отказывавшийся сознаться в ереси и твердивший о своей невиновности, не мог быть подвергнут этому духовному наказанию; его передавали в руки светской власти, то есть – в руки палача.
В силу буллы Григория IX Еxcommunicamus от 1229 года, всех тех, кто, будучи задержанным, отказывался от заблуждений из страха смерти, следовало подвергать пожизненному заключению.
Почти одновременно предписал то же и Тулузский собор, добавив, что нужно помешать обратившимся против воли совращать других. Равеннский эдикт Фридриха II 1232 года усвоил это правило и дал ему на долгое время значение закона. Арльский собор 1234 года обратил внимание на постоянное возвращение к ереси обращенных силой и предлагал епископам строго наблюдать за тем, чтобы к ним применялось пожизненное тюремное заключение. В то время еретики-рецидивисты не считались еще погибшими безвозвратно и их не передавали светской власти, но навсегда запирали в тюрьму.[112]
Зародившаяся Инквизиция нашла это правило уже прочно установившимся и применила его с неумолимой энергией, которую она вносила во все свои служебные действия. Это, говорили, была особая милость по отношению к людям, потерявшим всякое право на снисхождение. Исключений здесь не допускалось. Нарбоннский собор 1244 года точно объявил, что, если нет особой папской индульгенции, не следует никогда мужа щадить ради жены, жену – ради мужа, отца – ради детей, единственным кормильцем которых он был; ни возраст, ни болезнь не должны были влиять на смягчение приговора. Всякий, кто не являлся в течение срока милосердия, чтобы сознаться и выдать своих единомышленников, должен был подвергнуться этому наказанию, которое всегда должно быть пожизненным. Устрашенные деятельностью инквизиторов, пропустившие определенный срок, являлись толпой, умоляя, чтобы их воссоединили с Церковью.
Ввиду широкого распространения ереси в Лангедоке эта толпа стала так велика, что епископы заявили о невозможности для них кормить такую массу заключенных и даже о невозможности найти достаточно камней и извести для сооружения для них тюрем. Тогда было предписано инквизиторам отсрочить до решения Папы заключение обращенных, кроме предупреждения случаев закоснелости в грехах, вероотступничества и бегства. По-видимому, Иннокентий IV не был склонен к снисхождению, так как в 1246 году собор в Безье предписал заключать в тюрьму всех, пропустивших срок, советуя, впрочем, смягчать наказание в тех случаях, когда оно грозило смертью родителям или детям.
Таким образом, тюрьма сделалась обычным наказанием для всех, за исключением упорствующих еретиков, которые сжигались. Одним только решением, объявленным в Тулузе 19 февраля 1237 года, было приговорено к этому наказанию от двадцати до тридцати кающихся, которых пришлось временно запереть в частные дома, пока не освободились для них места в тюрьме. В отрывке книги решений тулузской инквизиции за время с 1246 по 1248 год, содержащем сто девяносто два дела (в том числе сорок три заочных решения), наказание всегда одно и то же – тюрьма. Сто двадцать семь лиц были осуждены на пожизненное тюремное заключение, шесть – на десять лет, шестнадцать – на неопределенный срок, как заблагорассудится Церкви; только несколько позднее стали согласоваться с решением Нарбоннского собора и приговаривать всегда на всю жизнь. С течением времени здесь допускались некоторые смягчения, ибо не все инквизиторы были такого закала, как Бернард Ко, ставший в то время во главе тулузской инквизиции; но до самого последнего времени пожизненная тюрьма осталась духовной карой по преимуществу, несмотря на то что декреты Фридриха и каноны Тулузского и Нарбоннского соборов считались применяемы только к тем, кто отрекся "чистосердечно" уже после преследования.
Из дошедших до нас приговоров позднейшей эпохи часто трудно понять, почему один виновный приговорен к тюрьме, а другой, за то же преступление, отпущен на свободу с обязательством носить кресты. Быть может, делали различие между теми, кто обращался с радостью, и теми, кто обращался по принуждению. Вот пример, показывающий, с какой жестокостью такой человек, как Бернар Ги, принадлежавший к числу наиболее просвещенных инквизиторов, мог применять ужасный закон, которым вооружила себя Церковь. Некто Петр Раймунд Доминик, вызванный на суд в 1309 году, бежал и был отлучен от церкви; осужденный в 1315 году, как уклонившийся от суда еретик, он в 1321 году явился добровольно, выговорив себе сохранение жизни. Его еретические поступки не представляли ничего особенного, и, в оправдание своей неявки, он ссылался на то, что на руках у него были жена и семеро детей, которые могли бы умереть без него с голоду; и все же он был заключен пожизненно в тюрьму.
112
Булла Григория IX, внесенная в каноническое право, осуждает на пожизненное тюремное заключение тех, кто redire noluennt, но последнее слово, очевидно, ошибка вместо voluennt, так как упорствующие еретики выдавались светской власти. В изданном немного позднее Равеннском эдикте Фридриха II говорится, что пожизненное тюремное заключение обращенных согласно с канонами Церкви.