Художник

Один раз его и Йожефа Саэрэй сводил на экскурсию в шахту, где выращивали сапфиры. Глава Клана с наслаждением показывал маленькие розетки кристаллов, проклюнувшиеся в породе, и глаза его фанатично светились радостью, не замечая осунувшегося вида волшебника, который здесь работал.

– Отец, – спросил тогда Иржи, – а персонал каждый вечер поднимается наверх?

– Зачем? – Искренне удивился тот. – Это – лишняя трата энергии. Да и присмотр тут нужен постоянный. Работа тонкая, нежная… небольшое отклонение в температуре или влажности – и все, чистой воды не будет!

– Но магу без свежего воздуха тяжело!

– Не волнуйся! – Саэрэй потрепал парня по голове. – Воздуховод тут есть. А за смену я плачу хорошие деньги, сын. У меня нет отбоя от желающих поработать!

– А много народу возвращается на повторный срок?

– Не забивай себе голову этой ерундой! Смотри, вот эту розеточку скоро будем вытаскивать… – Он нежно провел пальцем по крупным фиолетовым кристаллам.

– Они прекрасны. – Вежливо сказал Иржи.

Вспоминая дни, проведенные в долинах, он, наверное, уснул. Поскольку рядом с ним вдруг оказались трое рыжих подростков, в которых он узнал великолепных братьев – Змеев, а также темноволосый и кареглазый парень, похожий на Лиорина, сына Риалона. Они смеялись, заглядывая в лежащий на кровати большой лист бумаги, и иногда проводили руками по стенам. Потом все заискрилось, и Иржи увидел, как противоположная стена отъезжает дальше, раздвигая пространство, и парни, выбежав вперед, быстро произносят какие-то слова. Стены обретают панорамные окна, выглядывающие на морскую гладь с одной стороны, а с другой – на заснеженные вершины. Потом облупленные и искрошившиеся камень и дерево покрываются штукатуркой, краской и коврами. Пол выстилается паркетной доской. Появляются кресла, стол со стульями и четыре широкие кровати. Парни на миг обняли друг друга за плечи: «Ай да мы!» и хлопнули по ладоням. «Кто придумает ключ?» – спросил Эрнаандо. Альеэро медленно подошел к стене, у которой на жестком матрасе сидел Иржи и, зачерпнув из баночки краску, написал: «РЭАЛ – навсегда!». «Это – ключ», – сказал он, – «а открывает так…». Он медленно провел пальцем по надписи наоборот, и пространство исчезло, вернувшись к прежним ободранным стенам. А потом провел еще раз, только в правильном порядке. И стены снова раздвинулись. Риалон, а это был именно он, засмеялся: «Все будут удивляться, как мы здесь помещаемся все вместе!»