Художник

Иржи, стоящий практически не дыша, опустил плечи и вздохнул. Значит, этого пространства никто не видит, даже когда оно открыто? Он опустил сумку прямо на пол и прошел по огромному помещению. Увидев маленькую дверь, он засунул туда нос и был приятно обрадован наличием собственного душа и туалета. Ну не стоять же в очереди к санузлу на этаже и ждать, пока помоются и постоят у писсуаров старшие курсы! Плюхнувшись на мягкую и большую кровать у окна с видом на море, он потянулся и прошептал:

– Эрнаандо, Луисо, Альеэро и Риалон! Спасибо, родные!

В ответ пришла теплая волна, окутавшая душу и тело радостью и спокойствием. Пусть первый опыт знакомства со старшекурсниками был неудачным, но ведь здесь есть и хорошие ребята, с которыми можно будет подружиться! Кстати, кошмар его жизни – змейские сестрички – в этом году будут учиться здесь же на последнем курсе.

Понежившись несколько минут на кровати, Иржи вскочил, поставил стену на место и вышел в коридор, повесив на дверь запирающую руну. Надо было изучить Положения и Устав, чтобы не попадаться на всякой ерунде, сходить в библиотеку за учебниками и переснять расписание. А также посмотреть план Академии и узнать, где здесь кормят. Причем, наверное, с этого и стоило начать.

Пройдя мимо выломанной и раздолбленной двери, валявшейся на затертом полу, он на секунду задумался и, протянув руку, на латыни пожелал ей долгих лет жизни. Радостно взвизгнув кусочками древесины, она собралась, впихивая в свое полотно даже крошечные щепочки, и встала на место, скромно поблескивая местами стыковки.

– Покрасить бы тебя, голубушка, но это – на обратном пути. – Сказал ей Иржи и вышел на лестницу, чуть не влетев в Йожефа и Инваара, которые пришли за ним.

– Как у тебя здесь? – Поинтересовался друг. – Инваар нам обещал экскурсию по Академии!

– У меня? Отлично! – Беспечно улыбнулся Иржи. – Тогда идем?