Жар под золой

— Выглядит малость таинственно, это верно, — ответил я, — но, возможно, он всего лишь хочет обдурить налогового инспектора, может, мои рейсы не проходят у него по бухгалтерским книгам.

— Это на Бальке похоже... ну, тебе-то безразлично.

— А что ты имеешь против, Хелен? Ведь обдуривать налоговых инспекторов стало нынче всенародным спортом... как теннис.

— Хорошо, что ты прихватишь Клаудию... эта среда у нее уже в печенке сидит... бедный ребенок, к чему эти нелепые экзамены?

— Бывает кое-что и похуже экзаменов, — возразил я.

— Да, но не для восемнадцатилетней девушки, как ты сам понимаешь, тебе ведь тоже было восемнадцать...

Хелен поджарила шницели из маринованного мяса и подала их с салатом. Было вкусно. Она хорошо готовила, когда не спешила, но в последнее время у нее получалось это все реже и реже.

— Конечно, бывает хуже, — продолжала она, — но ведь у девушки жизнь только начинается... Вкусно? — Жена задорно посмотрела на меня.

— Тебе надо было стать поварихой, Хелен: ведь есть люди никогда не прекратят.

— А тебе трактирщиком, — засмеялась она, — пьянствовать всегда будут... Господи, Лотар, хотела бы я разок увидеть тебя за стойкой, а не перед ней — ты был бы, наверно, лучшим клиентом у самого себя. Верно?

Она была задорная, веселая. Когда жена в таком настроении, она становится прежней молодой Хелен.

Я вдруг вспомнил, как впервые встретил ее, юную, восемнадцатилетнюю, в книжном магазине, где она работала. Я спросил учебник по статике — в то время я всерьез намеревался поступить в техникум, хотелось быть чем-то больше, нежели каменщиком.

Так вот началось. И так вот я приохотился к чтению. Ходить в магазин и каждый раз покупать специальную литературу я не мог, поэтому ограничивался дешевыми книжками карманного формата, которые подбирала для меня Хелен.

«Я еще не достаточно знаю ваш умственный кругозор, — съязвила она как-то, сунула мне книгу и пригласила к кассе. — С вас две марки восемьдесят».

Первое время я ходил в книжный магазин из-за нее, потом мне понравилось читать после работы в постели. Каждая книга давала повод встретиться с Хелен.

Однажды я дождался ее по окончании работы в нише какого-то учреждения напротив книжного магазина и отвез домой в своем дребезжащем «фольксвагене». Она жила с родителями. Выйдя из машины, Хелен сказала: «Ты несносный человек». Она обняла меня, поцеловала и побежала в подъезд. По дороге у нее соскочила туфля, я захохотал, Хелен подняла туфлю и швырнула ее в меня. Это было все. С того времени мне больше не надо было искать повода, чтобы навещать ее в магазине, но книги я продолжал покупать.

С техникумом у меня ничего не получилось, я даже не вышел в десятники, иногда меня назначали бригадиром, иногда старшим рабочим. «Иногда» бывало довольно редко. Теперь я безработный и пытаюсь сопротивляться времени. А это очень трудно.

Мне хочется погрузиться в раздумье, помечтать, уснуть и во сне разобраться со своими мечтами. Мне не хочется думать о том, что было, а лишь о том, что будет. Мне хочется стать животным, которое живет только в настоящем и у которого нет ни прошлого, ни будущего. Животное живет мгновением, мне хочется видеть над собой небо, чтобы оно рассыпало звезды ко мне в сад, а я их подобрал бы и украсил дом...