Фамильная реликвия (СИ)
- Автор: Винтер Ксения
- Язык: русский
- Переводчик: QR код
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Фамильная реликвия (СИ)». Краткое содержание книги:
— Бабушка всё время молится, — заметила я, задумавшись.
— Ты вообще крещёная? — подозрительно прищурившись, уточнил Сёма.
— Разумеется, крещёная, — раздражённо ответила я. — Бабушка сама меня и крестила здесь, в нашей церкви, когда мне было года три-четыре.
— Тем более не вижу причин не наведаться к нашему попу, — проговорил фельдшер. — Хуже от этого точно не будет.
Заявление, конечно, спорное. Существовала определённая вероятность, что, увидев меня на пороге своей обители, поп зарядит мне по лбу кадилом и вобьёт осиновый кол в сердце. Впрочем, в чём-то Николай был прав — в церковь, действительно, стоило заглянуть. Хотя бы для того, чтобы выяснить, чего это местное духовенство внезапно, ни с того, ни с сего, ополчилось на мою бабушку.
В поисках истины
Бабушка вернулась домой спустя каких-то полтора часа. Николай, у которого каким-то мистическим образом не оказалось больше вызовов, хотя обычно он колесил по деревням до поздней ночи, всё это время просидел со мной, развлекая меня ничего не значащей болтовнёй. Семён, то ли проявивший что-то сродни тактичности, которая за ним отродясь не наблюдалась, то ли ещё по какой неведомой причине, убрался восвояси сразу же, как только убедился в том, что я не собираюсь немедленно отдать богу душу и вообще чувствую себя вполне сносно.
— Анна Степановна, — Николай вежливо кивнул старушке, стоило той войти в комнату.
— Николай, — от меня не укрылись ни металлические нотки в её голосе, ни колючий взгляд. Боже мой, а я-то искренне считала, что моя бабушка добрейшей души человек! Ни разу я не видела, чтобы она к кому-то относилась столь враждебно, причём даже не пытаясь скрыть своих чувств. Однако, несмотря на очевидную неприязнь, она нашла в себе силы вежливо поинтересоваться у мужчины: — Чаю будешь?
— Да, было бы здорово, — охотно согласился тот, и добавил, добродушно улыбнувшись: — Спасибо.
Демонстративно громко гремя посудой, бабуля принялась заваривать “чай”: я обратила внимание, что вместо того, чтобы взять листья из холщовых мешочков, висевших на гвоздиках за печкой, она достала с верхней полки навесного шкафчика какую-то непонятную жестяную банку, но не стала сразу же добавлять её содержимое в заварочный чайник, а просто поставила рядом с собой на тумбочку.
— Пару дней я бы порекомендовал тебе сохранять постельный режим, — заметил Николай, не обративший внимания на странное поведение старушки. Всё внимание мужчины было полностью сосредоточено на мне, что в любое другое время мне бы несказанно польстило, но сейчас вызвало лишь чувство беспокойства.
— Вообще нечего ей попусту шляться по деревне, — неожиданно поддержала его бабушка. — Особенно по ночам. Места у нас, конечно, тихие, да лихие люди и в нашем болоте найтись могут.
— Я достаточно большая девочка и вполне могу позаботиться о себе сама, — упрямо возразила я, скрестив руки на груди.
— Вот такие большие девочки и находят неприятности себе на задницу, — веско проговорила старушка, наполняя кипятком заварочный чайник. Похоже, я успела пропустить момент, когда она положила в него то, что служит местным эквивалентом заварки. Или не пропустила? — Николай, тебе чай с сахаром или без?
— С сахаром, Анна Степановна, — отозвался тот. — Две ложки, если несложно.
— Чего ж тут сложного? Чай не нищие, и сахар, и соль в достатке имеются.
Я продолжила напряжённо наблюдать за её действиями. Николай, словно почувствовав моё настроение, обернулся и тоже посмотрел на старушку. Та тем временем уверенно разливала чай по трём чашкам: двум белым с ромашками и одной зелёной с фиалками. В зелёную чашку бабушка сперва положила две ложки сахара из сахарницы, а затем добавила что-то из заранее приготовленной жестяной банки. Старательно перемешав получившуюся субстанцию, старушка как ни в чём не бывало подошла к нам с Николаем и поставила пластмассовый поднос с чашками на стол.
— Вот, это тебе, — бабушка пододвинула к фельдшеру зелёную чашку. — А это тебе, — мне досталась одна из белых. Вторую белую чашку бабушка забрала себе, усевшись на стул на противоположном конце стола. — Как ты себя сейчас чувствуешь, Женечка?
— Нормально, — через силу выдавила я из себя, буравя взглядом чашку Николая. — Бабуля, что ты положила в эту чашку?
— Ничего, — не моргнув и глазом, заявила та. — Только чай и сахар, как Николай и просил.
— В самом деле? — я испытующе посмотрела в её лицо. — То есть я могу спокойно забрать его чашку и выпить сама?
— Конечно, можешь, — заверила меня бабушка. — Только ты ведь не любишь такой сладкий.
— Я сделаю исключение, — елейно проговорила я. Подавшись вперёд, я забрала себе зелёную чашку, а к Николаю пододвинула свою, белую. — Учитывая, что я совсем недавно грохнулась в обморок, лишняя порция глюкозы мне не повредит.
Продолжая буравить бабушку внимательным взглядом, я осторожно подула на жидкость в своей чашке и сделала крохотный глоток. Вкус у “чая” был странный, как, впрочем, и всегда, учитывая, что вместо чайного листа заваривалась какая-то трава. Правда на этот раз я не могла сказать точно, что именно бабушка добавила в заварник, но вкус был необычный: с одной стороны, сладкий, — очевидно, из-за сахара, — но с другой стороны я чётко ощущала привкус горечи на своём языке.
— Ну, что, убедилась, что я не пытаюсь отравить твоего благоверного? — в голосе бабушки отчётливо звучал яд.
— Что у тебя в той банке? — прямо спросила я, кивком указав на жестяную банку на тумбочке.
— Зверобой, — последовал недовольный ответ, вызвавший презрительное фырканье со стороны фельдшера.
— Что? — я вопросительно посмотрела на Николая.
— Зверобой используют для изгнания демонов, — объяснил он. — Мне одна пациентка из соседней деревни рассказывала. Ей всё мерещилось, что вокруг её дома рогатый чёрт ходит.
— И что, правда, ходил? — положа руку на сердце, после событий последних дней я бы ничуть не удивилась.
— Нет, конечно, — коротко рассмеялся мужчина. — Она просто до этого в ночь на Ивана Купала полынь жгла, чтобы нечистую силу отогнать. А при большой концентрации дыма от полыни у людей бывают галлюцинации, вот и привиделось ей.
— Вы напрасно смеётесь над стариками, — мрачно заметила бабушка. — Наши предки издревле все эти средства применяли против всякого рода нечисти. И сейчас их методы помогают.
— Ты поэтому дверной косяк ладаном мажешь? — я посчитала это лучшим моментом, чтобы прояснить всё раз и навсегда. — Нечисть отпугиваешь?
— Злые силы, — чопорно поправила меня она. — У меня и соль везде лежит: и под порогом, и на подоконнике.
— И полынь висит, — кивнул Николай. — У меня достаточно острое обоняние, и я чувствую её запах.
— Вот видишь, Николай чувствует её запах, и никуда не сбегает, значит, никакой он не демон, — я решила немного подыграть старушке и воздействовать на неё в рамках её же логики.
— На очень старых, сильных демонов полынь не действует, — возразила она. — Только зверобой, да и то ежели выпьет.
— Анна Степановна, если я выпью этот ваш волшебный чай, вы перестанете считать меня демоном? — спросил Николай и, дождавшись короткого кивка, решительно забрал у меня чашку. — Что ж, пожалуйста, смотрите.
И принялся медленно, глоток за глотком пить обжигающе-горячую жидкость, а я ощутила внезапный прилив восхищения. Всё-таки Николай просто офигенный! Согласился пить эту горькую гадость только ради того, чтобы произвести впечатление на мою бабушку. Пресловутые бабочки в моём животе оживились, заставив меня чувствовать себя школьницей, впервые влюбившейся в самого крутого парня в классе.
Выпив всё до последней капли, Николай с глухим стуком поставил пустую чашку на стол и победно посмотрел на старушку, которая теперь сидела и с растерянным видом смотрела на него.