Секретная должность агента Рейли

Френсис с утренней почтой получил пакет от доктора Горталова. Там был парадный портрет Сергея Федоровича в мундире, при орденах. Широкое русское лицо, открытый взгляд, кудрявая голова, борода лопатой. На обороте надпись: «Господину послу Северо-Американских Соединенных Штатов» и автограф. В пакете также лежала книжка, юбилейный сборник в честь 25-летия врачебной деятельности С. Ф. Горталова.

На следующий день Френсис ответил благодарственным письмом в адрес доктора, обещал хранить его фотопортрет, как высокоценный сувенир, и в ответ подарить свое фото, как только появится солнечный свет, необходимый для того, чтобы заснять посла за работой в своем кабинете.

Оба они сдержали слово. Френсис сохранил фото Горталова в своем архиве в Сент-Луисе, доктор оставил на память пятьсот рублевый кредитный билет, который, впрочем, из-за инфляции очень быстро обесценился, и благодарственное письмо. Он не мог предположить, что эти сувениры в последствии станут вещественными доказательствами в его уголовном деле.

— Послушайте, Джонсон, — Норман Армор давно хотел начать это разговор, — все-таки, как Вы думаете, отчего приключилась вся эта болезнь?

— Я могу только предполагать, — отвечал личный секретарь, — Губернатор — чистюля, и заболеть от отсутствия гигиены он не мог.

— Может быть, это был тиф?

— Не знаю, доктор все время говорил о желудочной болезни и интоксикации организма.

— Вы полагаете, что возможно отравление?

— Полагаю? Да я уверен в этом, но никаких доказательств нет.

— Позвольте, но откуда тогда эта уверенность?

— Накануне болезни мы получили посылку от Красного Креста с консервами и другими продуктами.

— Так ели все!

— Да, но среди прочего полковник прислал любимый напиток господина посла, бутылку «Кентукки Бурбона». Он всегда говорил, что бурбон для него, как лекарство, и никого не угощал, видимо, из соображений мудрой экономии.

— Значит, он употребил эту бутылку один?

— Да, вечером, маленькими стопками за чтением бумаг, так сказать, для релаксации.

— Теперь мне всё ясно, — нахмурился Армор.

— Но у нас нет никаких доказательств этому, вот если бы еще кто-то заболел после употребления спиртного.

— Что гадать, полковник давно переступил грань дозволенного. Мы обязаны как-то уведомить посла, что возможно болезнь была спровоцирована.

— Я подумаю, как это можно сделать, — сказал Армор, — В любом случае, этот разговор большая государственная тайна.

— А разве мы о чем-то говорили, кроме того, что на березах проклюнулись первые листья?

— Разумеется, и погода сейчас в Вологде стоит просто превосходная.

Джентльмены дружно расхохотались и поздравили друг друга с удачным исходом болезни. Ни тот ни другой не видели на должности посла выскочку-полковника из службы Красного креста. Оба секретаря не сомневались, что он как-то причастен к болезни посла Френсиса.