Циничный, бесстыжий, влюбленный

— Юра, — официально обратилась Алиса к мужику. — Вы забирали из гостиницы Анечку. Вспомните, пожалуйста, где она вышла?

— Да тут и вспоминать нечего, — пожал плечами Юра. — Высадил в Сочи напротив железнодорожного вокзала. Помог вещи выгрузить из машины и уехал. А что?

— Спасибо, — кивнула Алиса, — ты нам очень помог. Если у Петра Андреевича возникнут еще вопросы, постарайся на них ответить.

— Да не вопрос, — хмыкнул Юра и уже собрался выйти к великой радости Грандилевского, как Алиса остановила его.

— Почему вода течет слабо? Ты опять отключил самоочистку?

— Не-е-ет, что вы, Алиса Георгиевна! Насос работает как часы!

— Я сейчас проверю, — пригрозила Алиса, направляясь к двери. — Если опять фильтры по твоей милости засорились, сегодня же уволю.

— Я сейчас сбегаю, посмотрю, — развил невиданную прыть рабочий по зданию.

— Идите за мной, Юра, — холодно бросила Алиса, выходя из кабинета. Подождала, когда следом выйдут посетители, и бодрым шагом отправилась вглубь коридора. Качок Юра поспешил за ней.

Петр Андреевич Грандилевский, лучший центрфорвард двадцать первого века, разочарованно глянул на удаляющиеся фигуры и, тяжело припадая на ногу, направился к себе.

Было над чем задуматься… Но сейчас из груди Пита рвался один — единственный вопрос. Хотелось догнать Алису, развернуть ее к себе и сурово спросить «А как же я?».

Вернувшись в номер в отвратительном настроении, Пит плюхнулся на кровать и попытался разобраться в своих мыслях.

«Меня к ней тянет, — обиженно вздохнул он, представляя, как Алиса обжимается в подвале с Юрой. — Фигня какая-то! — отругал сам себя и попробовал все-таки сосредоточиться на расследовании. — Хоть немного, но удалось узнать. Вышла в Сочи около вокзала… А дальше? — раздраженно стукнул он по мягкому матрасу. — Улетела на ковре-самолете? Или ее кто-то встретил? А зная время и место — это вполне несложно. Сам Медведь или его люди… Нужно узнать у придурка Юры, где именно он высадил маму, и проверить камеры наблюдения, висящие в диаметре ста метров».