Циничный, бесстыжий, влюбленный

«Было и прошло, — подумала Алиса, подставляя лицо под упругие капли. — С Никитосом разрешу видеться только здесь. Никаких рыбалок и прочих развлечений на воде, — постановила она и тут же охнула, понимая, что никому и пожаловаться нельзя. Потеряет капитан банана свой линкор, и спишут его на берег за ненадобностью. А люди… — охнула Алиса и тут же решила утром поговорить с бывшим мужем. — Случись что, потом сам себе не простит», — тяжело вздохнула она и, выйдя из душа, задумчиво глянула на корзину с грязным бельем. А затем, повинуясь внезапному порыву, закинула в машинку все полотенца, засунув среди них еще одно с эмблемой Реал-Мадрида.

«Если нужно что-то спрятать, положи на самом видном месте», — вспомнила Алиса совет отца. И внезапно поняла, что соскучилась по отцу. Конечно, Олег — мамин муж — всегда был рядом. Учил кататься на велосипеде, смазывал зеленкой разбитые коленки и иногда заплетал косы. Родной папа Жора особо вниманием не баловал. Крутился в бизнесе, чаще всего забывая о дочке, обмозговывал свои «многоходовочки» и подсчитывал недополученную прибыль. Обычный коммерсант из девяностых. Зато с ним всегда было весело. Алиса вспомнила, как они вдвоем с отцом гоняли на скутерах и водных лыжах где-то у берегов Сицилии. Плавали с аквалангами на Сейшелах и Палау. Кормили акул на Фиджи и катались на горных лыжах в заснеженной Швейцарии.

«Повезло, когда есть два отца, — подумала Алиса. — Олег с Жорой всегда помогут. Только нужно знать, к кому именно обратиться. Если поплакаться на жизнь — это к Олегу, а за экстримом — только к папе!»

— Не ной, доча, прорвемся, — говаривал ей Медведь, вмиг ставший криминальным авторитетом после гибели Андрея Грандилевского. Хорошо хоть с алиби на тот момент повезло. Шикарное алиби! Газеты, конечно, тогда раздули шумиху о подтасовке фактов и вымышленной свидетельнице. Но, к удивлению Алисы, имя дамочки в СМИ так и не просочилось, а полиция нашла ее показания достаточными. Правда, не прошло и ста лет, как кое-кому захотелось пересмотреть материалы дела.

— Ну-ну, — хмыкнула себе под нос Алиса и, надев шорты и майку, вышла на площадку около бытового корпуса, чтобы повесить свежевыстиранное белье. «Теперь бы вытянуть ноги, почитать книжку и спать, — подумала Алиса, развешивая полотенца по толстым веревкам. Свое с кружевами. Никиткино с Бэтменом. А когда в тазу остался неприкаянным сувенирчик Гранда, осторожно обошла стойки, подтолкнула таз, будто невзначай, и вывесила махровый флаг Реал-Мадрида на другой веревке. И сама себя похвалила за спецоперацию. Алиса уже собралась отставить таз к двери прачечной и уйти к себе, как неожиданно увидела на самом дне длинный прозрачный пластмассовый пузырек с плотной крышкой и коричневой субстанцией внутри.