Ангела Меркель. Самый влиятельный политик Европы
- Автор: Квортруп Мэтью
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: АСТ (БЕЗ ПОДПИСКИ)
- ISBN: 978-5-17-100025-7
- Переводчик: Наталия Ивановна Лисова
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Ангела Меркель. Самый влиятельный политик Европы». Краткое содержание книги:
Мэтью Квортруп, политический обозреватель, журналист и автор книги, также объясняет, почему фрау Меркель истратила значительную часть своего тщательно собранного политического капитала на продвижение глубоко непопулярной политики. Почему женщина, известная в первую очередь своей осторожностью, внезапно продемонстрировала всему миру такую решимость? Для ответа на этот вопрос понадобится полная история ее жизни.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
«Я увидела, что мальчик рвет марку на кусочки и бросилась к нему, спрашивая, зачем он уничтожает одну из своих марок. И он сказал мне, что теперь Дубчек – великий герой и что, следовательно, маркам с портретом Новотного место в мусорной корзине».
Тот факт, что новый режим начал продвигать Дубчека как «великого героя» и что даже лидеры Пражской весны с готовностью подписывались под культом его личности, должен был заставить Хорста и Герлинду задуматься. Этого не произошло. Их подхватила волна энтузиазма и перспектива нового рассвета демократического социализма. Каснеры попросили чешскую семью пару дней присмотреть за детьми, пока сами они съездят в Прагу и на месте вдохнут воздух революции. В Праге они на себе испытали тот не поддающийся определению дух свободы и надежды, что отличает все подлинные революции. После двух дней, проведенных в столице Чехословакии, пастор и его жена вернулись к детям, можно сказать, окрыленными. Возбужденные и вдохновленные, Каснеры вернулись в Темплин. Но продолжалось все это недолго.
На следующей неделе Ангела поехала на выходные в Берлин навестить бабушку. Рано утром в воскресенье 21 августа она услышала по радио новости. Пражская весна закончилась. Советские танки и бессердечные репрессии вдребезги разбили мечту, казавшуюся такой реальной, манящей и настолько близкой, что, казалось, ее можно потрогать. Телепередачи с Запада, которые смотрели все восточные немцы, были полны знакомых образов Красной армии, избивающей мирных граждан, моливших о пощаде, – все было точно так же, как в Берлине в 1953 г. и в Будапеште в 1956 г.
Французский философ Бернар-Анри Леви назвал коммунизм «варварством с человеческим лицом», остроумно переиначив броскую фразу Дубчека – «социализм с человеческим лицом». Очерк Леви ознаменовал разбитые надежды левых. Но, в отличие от Леви, Каснер и его семья не могли критиковать режим.
Хорст и Герлинда были потрясены советским вторжением. Недремлющий информатор Штази это отметил и сообщил хозяевам, что, по мнению пастора Каснера, это вторжение «могло привести только к подавлению демократии в Чехословакии». Простая констатация факта, но в Восточной Германии этого было достаточно, чтобы слежка за ним возобновилась.
Ангела, что характерно, смогла разглядеть иронию ситуации; еще на каникулах ее позабавило, что сын хозяев квартиры, где они жили, немедленно избавился от марок с портретами Новотного. Через пару недель, в первый день нового учебного года, учащимся задали невинный вопрос: «Чем они занимались на каникулах?» Ангела начала было рассказывать историю о мальчике из Чехословакии, коллекционирующем марки, и о том, как он эти марки рвал, но учитель стальным взглядом буквально пригвоздил ее к месту. «Я сразу же поняла, что об этом говорить не стоит, и сменила тему». Ангела знала, как надо себя вести, чтобы не попасть в беду. Жизнь шла своим чередом. Она продолжала усердно трудиться и правильно себя вести. Никто, и меньше всего учителя, не заподозрил ее в «антисоциалистических» чувствах.
Олимпиада по русскому языку
После Пражской весны пастор Каснер, можно сказать, ушел в тень. Хотя семья Каснеров вела себя осторожно и старалась не раскачивать лодку, все они, не афишируя этого, придерживались прежних убеждений. Как подобает христианину, Ангела прошла конфирмацию. Она подтвердила свою веру в Бога в возрасте 15 лет. Кроме того, она продолжала вести работу в ССНМ и занималась там организацией различных мероприятий. Но успешнее всего она проявляла себя в учебе. Вероятно, у нее не было бы возможности добиваться таких успехов, если бы власти относились к ее отцу с бóльшим подозрением. Другим детям лютеранских священнослужителей и пасторов приходилось труднее. С теми, кто проявлял признаки недовольства или протеста, разбирались быстро, эффективно и безжалостно. Не при помощи (по крайней мере, в большинстве случаев) тюрьмы, пыток и т. п., но карьерные перспективы блокировали эффективно.
Христиан, несмотря на все заверения режима, по-прежнему выделяли из общей массы. Одной такой жертвой стал Ульрих Шенайх (после падения коммунизма в 1989 г. он стал мэром Темплина). Шенайх, сын священника-нонконформиста, не был членом ССНМ. По этой причине его, несмотря на исключительно высокие оценки, сочли неподходящим для учебы в EOS – элитной средней школе и, по существу, не допустили до высшего образования.