Электронная книга - «Теория Блума». Краткое содержание книги:
Группа философов, возникшая в 1998 году в Париже, ориентировалась на Ситуационистский интернационал, на дада и сюрреализм, а также на Франкфуртскую школу, на молодого Лукача, на Ханну Арендт, на работы Гершома Шолема по еврейской мистике, и, разумеется, на Вальтера Беньямина. Что касается современной философии, следует отметить сильное влияние работ Джорджо Агамбена, с которым был установлен непосредственный контакт, а также увлечение работами Жильбера Симондона, Жиля Делеза, и, хоть разделяемый не всеми, интерес к работам Мишеля Фуко. Модные идеологи вроде Алена Бадью или Славоя Жижека игнорировались, или, точнее, презирались. Достаточно скоро возник вопрос об издании журнала под названием Tiqqun, что было отсылкой к традиции еврейской мистики, в которой понятие тиккун олам обозначало исправление испорченного, утраченного гармонию мира. Здесь можно обнаружить мессианскую отсылку, разделяемую Беньямином, но также и всей западной традицией критики, общей для анархизма и социализма. В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Почему каждый Блум состоит именно как Блум в воображаемой партии[27]
Перед этим неизвестным врагом – неизвестным в том смысле, в каком мы говорим о Неизвестном Солдате, то есть о солдате, который всем известен как неизвестный, у которого нет ни имени, ни лица, ни настоящей героической истории, который ни на что не похож, но оказывается повсюду в камуфляже возможности, – тревога властей всё очевидней перерастает в паранойю. Впрочем, со стороны это довольно смешное зрелище – недавняя привычка властей собственноручно и совершенно произвольно выкашивать свои же ряды. И мы вполне можем представить себе их трудности, хоть они нам и не близки. Есть нечто объективно ужасающее в этом жалком сорокалетием типе, который был самым что ни на есть нормальным, обычным, неприметным человеком в толпе заурядных людей – ровно до тех пор, пока не устроил резню. Он никому не жалуется, что ненавидит свою семью, работу или дом в скучном мещанском пригороде, вот только однажды утром он встаёт пораньше, умывается, завтракает, пока его жена, дочь и сын крепко спят, а потом берёт охотничье ружье и тихонько вышибает всем троим мозги. На суде – да и во время пытки – Блум ни словом не обмолвится о мотивах совершённого им преступления. Отчасти потому, что у суверенности нет причин, но ещё и потому, что он интуитивно понимает: самое тяжкое мучение он причинит этому обществу, если оставит всё без объяснений. Таким образом, ему удалось вселить
АМОК И АГАПЭ
«Вспышки “ненависти”, которым подвержены некоторые японские подростки, взывают беспокойство, однако, по мнению Масаши Баба, их следует рассматривать в более широком контексте: “Наравне с агрессией у молодых людей отмечается поразительное стремление к волонтёрству. Зачастую эти дети страдают от повышенной тревожности, и они же, пытаясь компенсировать своё подавленное состояние, тянутся к окружающим”».
(“Le Monde”, четверг, 16 апреля 1998)
в души зловещую уверенность, что в каждом человеке дремлет враг цивилизации. И по всей вероятности, у него нет другого выхода, кроме как разорить дотла эту вселенную, даже, можно сказать, таков его жребий, только в этом он никогда не признается. Ведь его тактика заключается в том, чтобы спровоцировать катастрофу и окружить её молчанием.
Ибо преступление и безумие – это объективизация трансцендентальной бездомности (Лукач)48
По мере того как безнадёжные схемы, которые по замыслу ЛЮДЕЙ должны нас сдерживать, всё туже затягивают узел тирании, в поле зрения всё чаще попадают весьма любопытные события. Амок укореняется внутри самых прогрессивных обществ, принимая неожиданные формы и обретая новый смысл. На территориях, которыми управляет автономная Публичность, подобные симптомы распада – явление редкое, обнажающее истинное состояние мира, чистый беспредел вещей. И обнаруживая силовые линии в царстве инертности, они обозначают границы того возможного, в котором мы живём. Вот почему даже на расстоянии они нам кажутся столь знакомыми. В них есть некая необходимость – необходимость долга и некий императив – императив Духа. Тянущиеся за ними следы крови – это последние шаги человека, опрометчиво решившего в одиночку вырваться из оков серого Террора, где его держали такой ценой.
вернуться
27
Воображаемая партия – единство всех тех, кто выражает своими протестными действиями (индивидуальными и коллективными, политизированными и аполитичными) бескомпромиссный отказ от наложенных на них условий (примеч. сост.). О ней подр. см. в работах «Тезисы о Воображаемой партии» и «Введение в гражданскую войну» (готовятся к изд.).
