Выйти из хаоса. Кризисы на Ближнем Востоке и в Средиземноморье [litres]
- Автор: Кепель Жиль
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Литагент Политическая энциклопедия
- ISBN: 978-5-8243-2442-6
- Переводчик: А. А. Пешков
- Жанр: Политика
Электронная книга - «Выйти из хаоса. Кризисы на Ближнем Востоке и в Средиземноморье [litres]». Краткое содержание книги:
В этой книге события помещаются в исторический контекст со времен Октябрьской войны 1973 года (война Йом-Кипура или Рамадана) и предлагается первый полный исторический обзор шести главных арабских восстаний, от Туниса до Сирии.
Также представлены линии разлома и давления в миграционных процессах в Средиземноморье и на Ближнем Востоке и описаны варианты решений, которые предстоит принимать не только Эмманюэлю Макрону, Дональду Трампу или Владимиру Путину, но и народам и политическим лидерам данного региона и европейским гражданам.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Ирано-иракская война была развязана в сентябре 1980 года Саддамом Хусейном, выходцем из города Тикрит, северной точки арабского «суннитского треугольника». Она вынудила партию Баас отказаться от секуляризма, который был одним из ее основополагающих принципов, и руководствоваться вместо него догмами идеологической исламизации, подтверждая тем самым, что та пришла в регионе на смену исчерпавшему себя светскому арабскому национализму. В 1990 году на флаге Ирака появилась надпись «Аллах акбар» («Аллах велик»), в телесюжетах начал регулярно появляться молящийся Саддам, а женщинам, занимавшим руководящие партийные посты и с гордостью демонстрировавшим свои непокрытые головы современных активисток, свободных от предрассудков, пришлось снова накинуть хиджабы. Как мы уже упоминали, наступление на Иран нарекли «Кадисия Саддама» в честь решающей битвы, выигранной в 636 году войсками халифа Умара, второго преемника Пророка, который разрушил Персидскую империю и захватил ее территорию. Действуя таким образом, Саддам Хусейн стремился позиционировать себя в качестве главного защитника исламских ценностей. Он хотел лишить этого статуса своего противника, отбросив его назад, в сасанидско-зороастрийское прошлое, препятствовавшее его претензиям на роль выразителя интересов всего исламского мира. Чтобы не остаться в долгу, Тегеран во всеуслышание обличал секуляризм партии Баас, превратившей религию в фиговый листок. Все наступательные операции иранской армии получили для внутреннего пользования кодовое название «Кербела» (от «Кербелы 1» в 1981 году до «Кербелы 6» в 1988 году) дабы сплотить бойцов под знаменем шиитской идеологии по версии Хомейни. Государственная пропаганда изображала Саддама как реинкарнацию халифа Язида из династии Омейядов, убившего имама Хусейна в битве при Кербеле в 680 году. На международном уровне, для мусульман всех стран, некоторые кампании называли «Бадр» в честь первой битвы, в которой Пророк в 624 году одержал победу над кафирами («неверными») из племени курайшитов – еще один намек на «безбожников»-баасистов.
Мотивация Саддама была обусловлена как внешними, так и внутренними факторами. На внутренней арене его кровавый диктаторский режим стремительно обогащался благодаря росту цен на нефть. Ирак в то время был вторым в мире ее экспортером после Саудовской Аравии. Помимо декорации в виде партии Баас он опирался на одно из иракских национальных меньшинств, арабов-суннитов. Им противостояло шиитское большинство (чьи главные святые места, Кербела и Эн-Наджаф, находятся на территории Ирака) и курдам-ирредентистам, обитавшим в горах на севере страны, где они вели вялотекущую партизанскую вой ну. Перед Саддамом стояло две задачи. Первая: противостоять потенциальной привлекательности политического шиизма Исламской республики для большинства его же сограждан. Вторая: использовать революционный хаос, царивший в соседней стране для продвижения на восток. Он хотел удлинить 58-километровую береговую линию Ирака в Персидском заливе за счет аннексии иранской арабоязычной приморской провинции Хузестан.
В региональном и международном масштабе Ирак был светским крылом сил, стремившихся остановить хомейнистскую экспансию и пропаганду. Эти силы включали в себя суннитские нефтяные монархии Аравийского полуострова, объединившиеся против Ирана в мае 1981 года в рамках Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). К ним относились и западные державы, в первую очередь США и Франция. Игнорируя постоянное нарушение Саддамом прав человека, политические и нефтяные круги обеих стран выказывали ему огромное уважение. Он завязал тесные отношения не только с Жаком Шираком, но и некоторыми представителями левых сил Франции. Для ведения войны с Ираном Саддам получил самую современную технику, в том числе палубные штурмовики «Супер Этандар», стоявшие на вооружении ВМС Франции. Эта военная поддержка была одной из причин, по которой Тегеран в качестве возмездия осуществил силами верных иранскому режиму людей операции по захвату западных заложников в Ливане. Но, в конечном итоге, это не помешало склонить чашу весов в пользу Багдада.
Во избежание разгрома аятолла Хомейни вынужден был «испить отравленную чашу», то есть согласиться на перемирие двух истощенных войной стран, которое и было заключено 20 августа 1988 года. Он пытался отвлечь внимание в том числе и от этого провала, «сыграв на опережение» фетвой в адрес Рушди 14 февраля следующего года, ставшего для него последним. Аятолла скончался 3 июня 1989 года в возрасте 87 лет. Смерть харизматичного имама стала условием, необходимым для поэтапного возвращения Исламской республики в мировое сообщество. Что касается Саддама Хусейна, его победа по умолчанию оставляла его во главе опустошенной и разрушенной страны, глубоко увязшей в долгах арабским нефтяным монархиям. Именно это вынудило Саддама ввязаться в авантюру с вторжением на территорию своего кувейтского кредитора в августе 1990 года и войну в Персидском заливе. И иракскому, и иранскому лидеру нефтяная рента обеспечивала шапкозакидательские настроения (особенно это касается Саддама), благодаря наращиванию запасов оружия, которое трубопроводные демократии поставляли углеводородным деспотиям. И нефть же расширила пропасть между шиитами и суннитами до масштабов, выходящих за рамки военного противостояния между персами и арабами.