Момент Макиавелли. Политическая мысль Флоренции и атлантическая республиканская традиция [Не менять название! Перенос части названия книги в это окно полностью удаляет эту часть названия из дескрипшена книги при скачивании!]
- Автор: Покок Джон Гревилл Агард
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 9785444814185
- Переводчик: А. Звонарева
- Жанр: Культурология
Электронная книга - «Момент Макиавелли. Политическая мысль Флоренции и атлантическая республиканская традиция [Не менять название! Перенос части названия книги в это окно полностью удаляет эту часть названия из дескрипшена книги при скачивании!]». Краткое содержание книги:
На основе известных нам фактов об обстоятельствах публикации «Республики Океании» Джеймса Харрингтона в конце лета или осенью 1656 года, можно предположить, что непосредственным фоном для нее послужило растущее недовольство некоторых армейских кругов курсом протектората, осуществляемым с 1654 года914. Имеются сведения, смутно указывающие на связи Харрингтона с бывшими офицерами и некоторыми другими противниками захвата власти военным командованием, которое было чуждо войскам по духу. Новое руководство не выказывало никаких признаков намерения создать часто переизбираемый парламент, что было важным требованием с 1647 года, а армия оказалась в подчинении власти лорда-протектора как главы исполнительной власти. В 1656 году вполне могли ходить слухи о планах некоторых военных грандов из числа сторонников протектората, вылившихся в «Покорнейшую петицию и совет» (Humble Petition and Advice) весной 1657 года915. Сочинение представляло собой совершенно антиреволюционный шаг, сопровождавший закат правления Кромвеля. В тексте предлагалось превратить должность лорда-протектора в титул наследного монарха и учредить назначаемую «Другую Палату», чтобы поддерживать равновесие между «одним человеком» и однопалатным «парламентом», которые и должны были составлять конституционное устройство. Этот ход явно возвращал к форме правления, описанной в «Ответе на Девятнадцать предложений» четырнадцатью или пятнадцатью годами ранее, что подтверждается и тем, что «три сословия» действительно упоминаются в «Покорнейшей петиции и совете»916. Ожесточенное сопротивление – как укреплению постоянной аристократии, так и любой форме возврата к исторической конституции – стало основным мотивом пережившего предыдущую фазу республиканизма, который отныне прочно ассоциировался с выражением «старое доброе дело», за которое боролась Армия «нового образца». Можно предположить, что аргументы, предвосхищавшие возможное содержание «Покорнейшей петиции и совета», послужили почвой для развития оппозиционной литературы в предшествующее лето. Так или иначе, не случайно в июне 1656 года Нидхэм издал свои статьи из «Политического Меркурия» за 1650–1652 годы отдельной книгой под названием «Превосходство свободного государства» (The Excellency of a Free State). Впрочем, выход тома свидетельствовал о явном просчете. Нидхэм не особенно стремился смягчить гневные выпады против возврата чужеродных элементов монархии и аристократии (есть свидетельства, что позже он сожалел об этом поступке, повлекшем за собой нежелательные ассоциации с «Республикой Океанией»917). Почти одновременно, также не случайно и также несвоевременно, сэр Генри Вейн написал свой «Исцеляющий вопрос» (Healing Question), единственную из работ, которая подверглась преследованиям со стороны властей. Армия была здесь представлена как справедливый завоеватель, как «народ Божий», ныне переживающий прискорбный раскол. В тексте формулировались предложения о том, как восстановить причитающуюся армии возвышенную роль и статус правящих в Англии святых918.
Однако «Республика Океания» – одно из произведений, что выходят за рамки своего непосредственного контекста. Историческая значимость книги Харрингтона в том, что она служит вехой, отмечающей момент смены парадигмы. Здесь в корне реинтерпретируется английская политическая теория и история в свете понятий, почерпнутых из гражданского гуманизма и республиканских идей Макиавелли. Непосредственным поводом к пересмотру послужило стремление обосновать военную республику в Англии как режим popolo armato919. Однако проведенного нами пространного анализа политических языков или способов артикуляции политического сознания, доступных англичанам, достаточно, чтобы убедиться: языку vivere civile было нужно одержать победу в тяжелой борьбе с соперничающими альтернативами. Мы не ожидаем, что Харрингтон, взяв на себя роль английского Макиавелли, разыграет драматическое столкновение добродетели и фортуны или же выступит обвинителем своих братьев, вонзая меч в нравственное сознание англичан и заставляя их оплакивать эту рану. Столь почетная миссия позже выпала Гоббсу. Целью Харрингтона, по-видимому, было920, во-первых, опровергнуть возможность возвращения к традиционной «Древней» или «сбалансированной» конституции и показать, что ее основания никогда не отличались надежностью, а теперь полностью уничтожены; во-вторых, живя во время, которое можно назвать «моментом после Савонаролы», он стремился показать, что преодоление древних обычаев и практик было скорее светским, чем апокалиптическим процессом (нам не стоит забывать, что одно не исключало другого), который, однако, не обязательно предполагал правления святых. Пытаясь решить первую из задач, он изложил гражданскую историю военного дела921, основанную на теории Макиавелли, считавшем ношение оружия важным как с точки зрения распределения власти, так и для поддержания гражданской добродетели. Обращаясь ко второй задаче, он сформулировал теорию гражданства, которая в совокупности с первой группой аргументов представляла англичанина как гражданина, а Английскую республику – как ближе всего стоящую к Богу в сравнении с любой олигархией святых, которые на деле были самозванцами. В первом отношении его теория стала связующим звеном между уверенностью Айртона в необходимости собственности и убежденностью Рейнборо в возможности свободы. Харрингтон нашел способ описать английского землевладельца как классического гражданина, вернувшегося на землю с Парнаса922. Во втором – он занимал место непосредственно рядом с Гоббсом, переживая удивительный и значительный момент эволюции пуританского милленаристского сознания. Однако, если учитывать долгосрочное историческое значение «Республики Океании», текст предстает в несколько ином свете, о чем мы еще скажем подробнее в последующих главах.
914
См. подробнее: Pocock J. G. A. James Harrington and the Good Old Cause.
915
Текст документа: Kenyon J. P. The Stuart Constitution, 1603–1688. P. 350–357.
916
Ibid. P. 353 (clause 7).
917
Pocock J. G. A. James Harrington and the Good Old Cause. P. 38–39.
918
Judson M. The Political Thought of Sir Henry Vane the Younger. Philadelphia, 1969.
919
Вооруженный народ (итал.). – Прим. ред.
920
Автор готовит издание политических произведений Харрингтона, к которому и отсылает читателя [The Political Works of James Harrington / Ed. by J. G. A. Pocock. New York, 1977. – Прим. ред.]. См. также: Pocock J. G. A. The Ancient Constitution and the Feudal Law. P. 124–147 (chap. VI).
921
«Oceana: Second Part of the Preliminaries», цит. по: The Oceana and Other Works of James Harrington / Ed. by J. Toland; см.: P. 57–72.
922
«Известия с Парнаса» Траяно Боккалини (Венеция, 1612–1613) были одним из любимых произведений Харрингтона, к которому он часто обращался.