Момент Макиавелли. Политическая мысль Флоренции и атлантическая республиканская традиция [Не менять название! Перенос части названия книги в это окно полностью удаляет эту часть названия из дескрипшена книги при скачивании!]

Однако можно заметить, что спор о власти de facto усилил значимость некоторых элементов макиавеллизма. Новый государь, законодатель и цикл правлений словно возникали в момент меча; но республике не суждено было утвердиться – как это могло бы произойти в теории – просто как de facto средству стабилизации. Одно из самых интересных открытий в этой долгой истории заключается в том, что классическая республика появилась в английской мысли как активистский идеал, когда de facto «момент меча» соприкоснулся с радикализмом и аномизмом армии, чья наполовину совершённая революция ускорила постановку этой концептуальной и политической проблемы.

Один из участников дебатов в Патни, выступавший против левеллеров, – полковник Натаниэль Рич, впоследствии весьма консервативный приверженец «пятой монархии»901 и притом враг протектората, – враждебно встретил предложение предоставить право голоса бедным. Он не только приводил обычный довод, что они воспользуются властью, дабы полностью отменить все права на собственность, но выдвигал и гораздо более реалистичный аргумент – что в итоге несколько влиятельных людей, в зависимость от которых бедняки, безусловно, попадут, будут пользоваться недолжным авторитетом. Так, по его словам, случилось при закате Римской республики, и нет смысла свергать короля, дабы заменить его императором902. Речь Рича примечательна тем, что она свидетельствует о присутствии в сознании по меньшей мере одного офицера классической ассоциации республиканской свободы и народной армии, которая, как мы видели, была типична для флорентийской мысли (хотя Рич оценивает подобную перспективу скорее отрицательно, чем положительно). Однако мы уже знаем, что представители армии могли обосновывать свое вмешательство в политику, ссылаясь на то, что они составляют «не просто наемные войска», а объединение свободных граждан-солдат. Если сформулировать этот тезис в духе Макиавелли, он подразумевал бы превращение Англии в народную республику. Подобный язык был чужд Сексби и Рейнборо. Впрочем, можно указать время и место, когда и где после подавления левеллеров такая идеология усиленно насаждалась человеком, занимавшим удобную для обращения к широкой публике позицию.