Res Publica. Русский республиканизм от Средневековья до конца XX века [коллективная монография]

В поисках нового государства

В конце XIX столетия публицисты нередко задавались вопросом: как получилось, что в бюрократической империи сохранились «островки» местного самоуправления? Почему самодержавная бюрократия мирилась с существованием земств, дворянских собраний, самоуправляющихся крестьянских общин? На современном этапе кажется более точным поставить вопрос иначе: как соотнести океан недоуправляемой и самоуправляющейся России с немногими бюрократическими центрами, претендовавшими на тотальность контроля?

Может быть, чиновничество было просто не в силах контролировать политическую жизнь и по необходимости многое перепоручало обществу? «Ведь практически все-таки есть демаркационная линия (отделяющая полномочия бюрократии от полномочий органов местного самоуправления. — К. С.). Да, она создается и меняется, но проходит она совсем не там, где ее хотят видеть — не между местными и общими интересами — она проходит, где кончается фактическое могущество бюрократии, ибо и оно не бесконечно и лучшим доказательством этого и служит самый факт столь долгого существования в России земских учреждений», — писал один из лидеров «Союза освобождения», видный земский деятель князь Д. И. Шаховской[1436]. «Демаркационная линия» возникает лишь вследствие слабости бюрократии. Стоит ей немного усилиться, как тут же «линия» отодвигается. Дальнейшее усиление чиновничества должно неизбежно повлечь за собой обращение земцев в обычных агентов правительственной власти. Подобная ситуация объяснялась тем, что источник власти бюрократа и земца принципиально разнился. Органы местного самоуправления основывали свою силу на общественном мнении и представительстве интересов. Бюрократия обладала властью в силу своей принадлежности к системе управления. Расклад сил в обществе, общественное мнение ничего не значат для чиновника и тем более не могут повлиять на распределение полномочий между агентами верховной власти и земством. Единственное, что может обеспокоить бюрократа, это сохранение в неприкосновенности настоящей системы управления. Обладая немалыми полномочиями, он будет делать все, дабы удержать status quo[1437]. Эта спорная точка зрения не подтвердилась в годы Первой русской революции. Многие чиновники отнюдь не отождествляли себя с правящим режимом — напротив, за обеденным столом среди друзей они могли оказаться настоящими оппозиционерами. Тем не менее ход мысли Шаховского логичен и не кажется беспочвенным.