Глаза смерти (СИ)

Герцогиня замолчала. Затем, вздохнув, продолжила:

- Я не подозревала, что герцог отправил моего ребенка в Советский Союз, за «железный занавес». О да, это была гениальная идея! За «железным занавесом» моего сына никто бы не отыскал. Там моего ребенка усыновила семья Вершининых. Я до сих пор не знаю, что это за люди. Знаю лишь, что они были связаны и с советской разведкой, и с Антисетью. Муж использовал свои связи, его семья всегда была вовлечена в Антисеть. Так появился Александр Вершинин. Как я узнала из посмертного письма мужа, мой сын знал, что растет в приемной семье, но не знал, кто его настоящие родители. Якобы он был подкидышем, которого нашли на улице и отдали в детский дом, откуда его и забрали Вершинины. Он пошел по стопам своих приемных родителей. Стал сотрудником разведки и одновременно членом Антисети. Забавно, не правда ли? Урожденный британский аристократ, прямой потомок маркизов Форсборо и виконтов Каннингов – кадровый сотрудник российской разведки! Бывшего КГБ! Да, он много раз бывал у нас: и в лондонском доме, и в Форсборо. Повторяю, я не знаю, почему мой муж так часто приглашал его. Да, понятно, оба были членами Антисети, но дело не в этом. Не знаю. Мой муж был… странным человеком. А я… я и не подозревала, кто этот молодой мужчина – Александр Вершинин и его сын, очаровательный малыш по имени Алексей. У меня не возникало ни тени мысли, что я вижу своего сына и своего внука. Я лишь испытывала сильную симпатию к Александру и его мальчику. Даже привязанность. И когда я увидела Алексея в новом образе Артура Алверта, когда узнала, что его отец был убит… Нет, я не испытала потрясения. Просто сильное волнение. Желание приветить чудесного мальчика, которому пришлось пережить такой кошмар. Но главным кошмаром в его жизни стали вы, Ферренс, – гневно заявила герцогиня. – Впрочем, завершу историю. В июле адвокат моего мужа передал мне его посмертное письмо, в котором тот все подробно описал. Понятия не имею, почему он решил, что после его смерти должно пройти десять лет. Может быть, полагал, что тогда эта история будет мне если не совсем безразлична, то уж, во всяком случае, не станет для меня потрясением. А может быть, рассчитывал, что меня уже не будет в живых. Он не знал, что мой сын погибнет всего через три года после его смерти… Что его уничтожит ваша семья, Ферренс! – тут глаза старой дамы снова заполыхали огнем ярости. – Ваш отец отнял жизнь у моего сына. А вы отняли жизнь у моего внука!

- Нет! – вскочил с места Ферренс. – Нет! Ничего подобного! Я берёг Артура как зеницу ока! Я делал все, чтобы…

- ...чтобы мальчик погиб, Ферренс, – припечатала герцогиня. – Мой внук. Если бы я только знала! Я бы вырвала его из ваших когтей, я лично придушила бы вас! Вы держали его в тюрьме, пусть и роскошной тюрьме. И он не выдержал. Господи, знали бы вы, чего мне это стоило: я только-только получила письмо моего мужа, я радовалась, я была на седьмом небе от счастья, что пусть я и потеряла сына, но у меня есть внук и что я его знаю, и он тянется ко мне. А всего два дня спустя… Это было ужасно. Ужасно. Только-только узнать, что у тебя есть внук и сразу потерять его. Потерять навсегда. Вы понимаете, что это такое Ферренс?