В поисках социалистического Эльдорадо: североамериканские финны в Советской Карелии 1930-х годов [litres]

Органы безопасности категорически выступили и против приглашения рабочих из Канады, хотя здесь фактор приграничья в расчет не принимался[141]. Это была реакция на обращение к карельскому правительству группы канадских лесорубов, которые изъявили желание приехать на работу в Карелию. По мнению республиканских властей, эти люди, «прибыв со своими рабочими инструментами, могли бы с собой привезти и быстро привить американские методы работы на лесозаготовк[ах]»[142].

Отказы не остановили руководство Карелии. В марте 1930 г. в СНК РСФСР было послано новое письмо, в котором еще настойчивее проводилась мысль о необходимости коренной реорганизации лесозаготовительной отрасли и о создании постоянных кадров лесных и промышленных рабочих. Приглашение группы финнов-лесорубов из Канады позволило бы решить вопрос о «наискорейшем освоении иностранной техники в области лесозаготовок», поскольку они имеют опыт работы с новейшей техникой и «наивысшую в мире производительность труда»[143].

В этом же письме определялись условия приезда, жизни и работы канадских рабочих. Группа должна была быть численностью не менее 50 человек, и эти люди должны были быть выходцами из Финляндии, покинувшими родину в результате событий 1918 г., членами рабочей либо коммунистической партий Канады. Предполагалось, что каждый из лесорубов возьмет в дорогу 300 долларов, рабочую одежду и инструменты. Вместе с тем, принимая во внимание, что большинство переселенцев будут составлять безработные, правление Кареллеса намеревалось выделить для них 10 тыс. рублей на дорогу и 5 тыс. долларов на приобретение необходимой для республики техники. Планировалось поселить их всех вместе в специально построенном поселке, который находился бы рядом с одним из лучших совхозов для снабжения рабочих продуктами питания. Работать канадские лесорубы должны были на отдельных лесоучастках и всю работу выполнять сами, задание планировалось определять ежегодным договором. Для наблюдения за качеством и количеством выполняемых работ и решения других вопросов Кареллес назначал своего уполномоченного, который «не имел права вмешиваться в практическую работу и внутренний распорядок артели». Делалось это во избежание печального опыта, уже имевшегося в СССР, когда из-за незнания языка, неумелого руководства иностранными рабочими со стороны местных властей переселенцы оставались недовольными и уезжали обратно за границу[144].