Изгои Средневековья. «Черные мифы» и реальность
- Автор: Лоран Гила
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-134047-6
- Жанр: История
Электронная книга - «Изгои Средневековья. «Черные мифы» и реальность». Краткое содержание книги:
Евреи. Как наглядно показывают писатели и кинематографисты, их тысячу лет ждали только презрение, ненависть и кровопролитие. Но так ли это на самом деле и сколько в этом стереотипе правды? Галина Зеленина расскажет вам совсем другую историю средневековых евреев и их заклятых соседей христиан – историю, которую реконструируют ученые. И поверьте – здесь есть, чему удивиться.
В этой книге мы поговорим:
– о политике церкви и короны, стремлении к законности и незаконных гонениях на евреев;
– о повседневных контактах христиан и евреев в средневековом городе;
– об иудео-христианской полемике, знаменитых диспутах и их последствиях;
– о насилии, мученичестве и мессианских ожиданиях.
История христиан и евреев содержит много загадок и мифов, которые должны быть раскрыты и исследованы. Давайте вместе начнем приоткрывать завесу этой тайны.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Открытость миру и возможность влиять на него стимулировали еврейский гений, утверждает Абрахамс, ссылаясь на таких знаменитых еврейских интеллектуалов разных эпох, как Филон Александрийский, Маймонид, Спиноза. Изолированное существование в гетто не открывало таких продуктивных перспектив, но тем не менее и это была полноценная жизнь «со своими идеалами и надеждами, чувствами и человеческой природой», и мудрость там развивалась не в сотрудничестве с нееврейским окружением, а вопреки ему. Так, если еврейская культура в мусульманской Испании следовала арабским образцам, то ешивы в прирейнских городах процветали сами по себе, возвышаясь над окружающим мракобесием.
По мнению Абрахамса, всем знакомый неприглядный облик европейского еврейства – продукт Нового времени: уклад и нравы начали портиться только в XVI веке – вследствие диктата ригидного иудаизма и геттоизации, а до того, на протяжении Средних веков, жизнь евреев была свободна, полнокровна, разнообразна. Так, например, пресловутые бедность и неопрятность обитателей гетто – результат трех столетий проживания в этих самых гетто, в ходе которых евреи «опустились», а в Средние века они сохраняли развитое чувство собственного достоинства, выражавшееся в опрятности и гигиене. В общине уважали всех членов, стараясь не смущать и не унижать бедных и необразованных. Отсюда благонамеренное уравнивание: в синагогах либо всех обеспечивали подушками на сидения, либо всем запрещали их использовать, по той же причине – чтобы не унизить бедных – в некоторых общинах отказывались от белых накидок в Судный день; наконец, вызывая еврея к Торе, кантор всем – и простецам, и ученым – помогал с чтением свитка. И наконец, Абрахамс с большим вниманием описывает формы досуга, включающие и танцы, и даже охоту: иудаизм, по его словам, диктует строгую мораль, но – в отличие от пуританства – без фанатизма, и евреи находили время повеселиться и насладиться жизнью, а не только страдали от погромов.
Таким образом, Израиль Абрахамс и другие авторитетные еврейские историки с подобными взглядами из его и соседних поколений доказывали, что внутренняя жизнь еврейского общества была гармонична и практически идеальна. В этом обществе процветали любовь и уважение к ближнему в семье и общине, чувство собственного достоинства, высокий уровень образования, профессиональное, культурное и досуговое разнообразие и проч. В то же время снаружи его зачастую окружали враги, завистники, фанатики, гонители.
Следующие поколения еврейских историков, особенно авторы последних десятилетий, предлагают ревизию этих тезисов. К примеру, специалисты по истории женщин и в целом по гендерной истории разрушили миф об идеальной еврейской семье, показывая, что и там – пусть в меньшей степени, чем у мусульман и христиан, – имели место угнетение и дискриминация жен мужьями. Пересмотру подвергся и образ гармоничной, проникнутой равенством и взаимоуважением еврейской общины, в ней обнаружили разные формы неравенства и дискриминации: гендерной, возрастной, социальной, имущественной. Привлекая самые разные источники вплоть до эпиграфических – надписей на кладбищенских плитах, исследователи стараются выйти за пределы изучения элит и постараться увидеть еврейскую общину не как сообщество ученых мужей, каким она предстает по письменным источникам, а во всем ее многообразии, включающем женщин и детей, необразованных простецов, бедняков и нарушителей разных законов – и еврейских религиозных, и еврейских гражданских и общегородских или государственных. Еврейская община не идеальный социум, каким его старались изобразить представители «науки о еврействе», а сообщество живых людей, среди которых не могло не быть вероотступников, воров, сутенеров, беглых мужей, злостных неплательщиков налогов и проч. Их искали, ловили, штрафовали, отлучали от синагоги – и в этом тоже состояла ткань жизни еврейской общины.
В не меньшей, а пожалуй, в большей степени подвергся пересмотру тезис о взаимоотношениях с окружающим христианским обществом как враждебных и нетерпимых, состоявших преимущественно из дискриминации и насилия. Историки отказываются от сугубо виктимного образа средневековых евреев, перестают видеть в них исключительно жертв насилия и гонений. Для своих христианских соседей они были далеко не только конкурентами, колдунами, христоубийцами и опасными и непонятными иноверцами, но и собеседниками, советниками, врачами, переводчиками, торговыми партнерами, сотрапезниками, любовниками и друзьями. Если внимательно читать законодательные и судебные источники, обнаруживаются прелюбопытные вещи. Например, то, что отдельные формы антиеврейского насилия были далеки от ужасов погрома и ближе, скорее, к относительно безобидной детской игре, а такой классический пример законодательной дискриминации евреев, как закрытый еврейский квартал, удовлетворял просьбам самой общины, будучи королевской милостью, а не формой притеснения.