Галина Волчек как правило вне правил
- Автор: Райкина Марина Александровна
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-4448-1059-0
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Галина Волчек как правило вне правил». Краткое содержание книги:
В оформлении 1-й стороны обложки использована фотография О. Хаимова
Он взмахивал длинной рукой, как большая птица крылом, в такт собственным строчкам. Бедно одетые студенты — клетчатые рубашки, немаркого цвета блузки — с трепетом и восторгом смотрели на смелого поэта.
Еще на подступах к Политеху, ставшему в то время центром всего прогрессивного искусства, Галина ахнула: толпа осаждала музей, и милиционеры едва сдерживали напор желающих пробиться на поэтический вечер.
ГАЛИНА ВОЛЧЕК: — Я инстинктивно так обхватила живот, посмотрела на Женю. Он взял меня за руку и умудрился как-то провести через все кордоны. Евтушенко начал читать. Я очень любила его — такой он неравнодушный, яркий. И все вокруг с горящими глазами его слушали, каждое слово ловили. А я…
«Жень, что-то мне нехорошо», — сказала я мужу. Прислушалась к себе. А в животе мой ребенок такое вытворял. Марселя Марсо вспомнила и еще с ужасом посмотрела назад — как выбираться через такую толпу, если совсем плохо станет.
К счастью, обошлось, и восторженные физики, помешавшиеся на лирике, беременную Волчек не растоптали. И тем не менее под воздействием поэмы «Бабий Яр» и того, как ее талантливо читал автор, у Волчек с ночи начались схватки.
ЕВГЕНИЙ ЕВТУШЕНКО: — Схватки у Волчек начались, по-моему, на строчках:
Впрочем, за точность не ручаюсь.
Чуть ли не на следующий день Галина Волчек родила мальчика. Его назвали Денисом. И в последующие годы не существовало более яркого доказательства воздействия искусства поэта на публику.
1960
{МОСКВА. КОМНАТА НА КУТУЗОВСКОМ ПРОСПЕКТЕ}
— Что это, Женя? — спрашивает Волчек. Она обходит нечто колоннообразное, упакованное в газетную бумагу.
Евстигнеев довольно смотрит на супругу.
— Подожди, сейчас-сейчас.
Берет ножницы и подступается к «колонне».
— А может, не надо резать? Пусть так стоит.
Он снисходительно смотрит на нее и вспарывает «колонну».
Они строили семью параллельно со строительством «Современника». Волчек — Евстигнеев: Галя и Женя, Женя и Галя… — образцово-показательная пара, образцовость которой особенно ощутима на фоне беспорядочных актерских связей и разрушающихся браков. Олег Ефремов успел разойтись с Лилией Толмачевой и соединиться с Ириной Мазурук, с которой прожил недолго. А затем — жениться на Алле Покровской. Другие… А Волчек с Евстигнеевым если бы были убежденными коммунистами, то могли бы стать блестящей рекламной парой — ячейкой коммунистического общества.
Как человек, хорошо знавший, что такое бедность, Евстигнеев мечтал о состоятельной жизни и иногда намекал жене на некое наследство, которое ему когда-то может обломиться. Однажды это наследство материализовалось в их комнате, куда Женя принес нечто похожее на распухшую колонну, прочно завернутую в газетную бумагу. Глаз у него горел.
— Что это, Женя?
— Подожди, сейчас-сейчас.
Берет ножницы и подступается к «колонне».
— А может, не надо резать? Пусть так стоит.
Он снисходительно посмотрел на жену и вспорол «колонну».
ГАЛИНА ВОЛЧЕК: — После того как Женя содрал все газеты, я увидела… пальто. Здоровое, тяжелое, как кол. Оно не падало, оно стояло. Было из дорогого по тем временам материала, и воротник был бобровый. Что делать было с ним, совершенно непонятно.
Впрочем, колоннообразному драповому раритету быстро нашлось применение: как только молодожены обнаруживали пустые карманы, его относили в ломбард и на эти деньги доживали до получки.
При широком образе жизни, который вела чета Волчек — Евстигнеев, двух актерских зарплат не хватало на то, чтобы заплатить за съемную комнату вперед. Хозяева отказывали артистам, и те срочно съезжали на запасной аэродром — в коммуналку к Вере Исааковне на Полянку. Там они жили до очередной получки и на образовавшийся капитал снимали очередную полуподвальную или чердачную комнату и ни в чем себе не отказывали.
Денис Евстигнеев с отцом
С мамой
ГАЛИНА ВОЛЧЕК: — Мы так спокойно жили. Обустройство нашей первой квартиры на Кутузовском — это было на мне. На молочную кухню в основном Женя ходил. Он мамой был больше, чем я. Первым вскакивал к Денису, когда тот начинал плакать. И еще смешно было, когда мы жили напротив Дома игрушки. Женя все время приносил Денису надувные шары: сколько раз за день приходил домой, столько и покупал. На шары ему хватало денег. Я только боялась, что шары эти лопнут и ребенок испугается. Не дай Бог, заикаться начнет.