Друзья и недруги. Том 1

Робин и Вилл перекинулись быстрыми взглядами. Они-то поняли, что Кэтрин оплакивала не только Эльфледу, но и себя. Статли, удрученный словами Вилла и Джона, в которых усмотрел упрек, залился краской и низко склонил голову. Заметив это, Робин положил руку ему на плечо и сказал:

– Не напускайтесь на Вилла. На его месте я бы тоже пожалел товарищей, зная, что из них неважные мстители. Эльфледа не останется неотомщенной. Вилл, мне надо поговорить со всеми, кто прячется в лесу, – и с теми мерзавцами, что погубили Эльфледу, и с теми, кто им подобен, но прежде всего – с обычными людьми, которых судьба занесла в Шервуд не из-за склонности к разбою и убийствам. Ты сможешь помочь созвать их так, чтобы они собрались в одно и то же время и в одном месте?

Подумав, Статли кивнул.

– Да, я знаю, как это сделать: оповестить всех по цепочке. Дай мне на это неделю.

– Неделю? Что-то долго!

– Я знаю одних, они знают других, другие знают третьих, но вместе никто и никогда не собирался. Поэтому неделя, Робин, и это не просто быстро, а очень быстро!

– Будь по-твоему, – согласился Робин. – А мы пока переберемся в новое убежище и немного обживемся.

****

Убежищем, о котором говорил Робин, оказался целый монастырь, правда, изрядно разрушенный. От церкви осталась только часовня, а из хозяйственных построек не сохранилось почти ничего. Но само здание монастыря было почти целое – пострадало только одно крыло, заглянув в которое, Робин сказал:

– Здесь вполне можно устроить конюшню для трех десятков лошадей.

– И наша корова поместится! – радостно захлопала в ладони Кэтрин.

– Три десятка лошадей? – хмыкнул Статли. – Откуда ты возьмешь столько? Во всем Шервуде сыщется едва ли больше десятка!

– Куплю, – рассмеялся Робин, похлопав его по плечу.

Они отправились в уцелевшую часть. Возле дверей висела медвежья шкура, распяленная на ветвях двух деревьев.

– Ого! – выдохнул Эрик, оценив размеры шкуры и прикинув, каким громадным был медведь.

– Прежний хозяин, – усмехнулся Вилл. – Мы с Робином его потревожили, когда вошли внутрь, и он налетел на нас с таким ревом, что мы едва не оглохли. Уступить жилище по доброй воле он, понятно, не пожелал.

– Теперь я понимаю, почему мы несколько дней питались медвежатиной! – хмыкнул Мартин.

Робин открыл двери, и все оказались в просторной зале с большим очагом.

– Здесь у монахов была трапезная, – догадалась Кэтрин. – Ой, как славно! И мы здесь устроим кухню и трапезную!

Она раньше остальных обежала все строение и пришла в совершенный восторг.

– Тут и купальня есть, и в нее поступает вода, которую легко можно нагреть. Надо лишь починить лохани для мытья, что остались, или сделать новые: старые сильно рассохлись. Там будет очень удобно стирать белье и одежду. А в кельях устроим спальни. Я и посуду нашла в кладовой – глиняную и оловянную. Даже серебряные кубки на верхней полке стоят!