Стамбульский ребус

— А ведь Лейла Баркын вообще не упоминала про Синана?

— Как-то раз она упомянула его, но не сказала, что убийцы могут оставить труп рядом с его тюрбе… Да и откуда ей знать?

— Но, инспектор, — Али не хотел заканчивать разговор: скорее всего, тянул время, чтобы не приближаться к трупу снова. — Ни одно из ее предположений не сработало.

— Ты прав, конечно, но в тюрьме сейчас лидеры Ассоциации защиты Стамбула. И если за убийствами стоят они, то кто тогда убил адвоката?

Он почесал затылок.

— А если у них есть сообщники? И как говорил Адем Йездан, ассоциация — всего лишь прикрытие для некой подпольной организации? Разве мы не можем предположить такое?

Теперь эта идея не казалась мне убедительной.

— Едва ли, Али. Ты сам видел членов ассоциации — они не похожи на злоумышленников-нелегалов. Все, чем они занимаются, никак не связано ни с какими разрушениями. Наоборот, они ведут борьбу против тех, кто уничтожает город.

— Но если они все-таки нас обманывают, инспектор?

— У нас нет никаких доказательств, Али…

Он понял, что его доводы до меня не доходят, и перевел разговор на другую тему:

— Откуда вы узнали столько всего о зодчем Синане?

— Мне рассказал о нем мой друг, он архитектор. Йекта… Не думаю, что вы с ним когда-нибудь пересекались.

— Не тот ли это, кого я недавно видел перед вашим домом? Такой грузный и сердитый?..

Демира Али описал отлично.

— Сурово выгляди!, правда? Нет, это был Демир. Он ветеринар. А Йекта — архитектор. Это он рассказал мне про Синана. — Я на секунду задумался. — Странно, но когда я спросил Йекту, что бы он сделал на месте убийц, он сказал, что оставил бы тело на могиле Синана. Как-то так.

Али этот факт не показался настолько странным, как мне.

— Эх, если б только мы с самого начала спросили у него! Было бы в сто раз полезнее, чем опираться на предположения женщины-историка…

Да, это было бы гораздо полезнее, но я вовсе не планировал втягивать своего друга в дело об убийстве.

— Ладно, Али. Посмотри, есть ли что-то в руке у жертвы? Если не можешь, давай поменяемся, ты выходи, а я осмотрю труп.

Мой напарник тут же внутренне собрался — речь шла о его профессиональной чести, и он не мог поступить по-другому.

— Да что вы, инспектор, я сам сейчас посмотрю, — сказал он. — Просто ждал, когда вы договорите.

Парень старался не обращать внимания на запах, но это было невозможно. Все его лицо перекосилось. Он осматривал связанные руки трупа.

— Здесь слишком темно. Не могу никак разглядеть. — Он повернул руки трупа к свету. — Подождите-ка, здесь что-то есть… — вытащив из кармана ручку, он слегка развел ею закостеневшие пальцы, и на пол фургона выпала монета. Али поднял ее, посмотрел. — Похоже на золото. И есть какие-то надписи на арабском. — Он протянул монету мне.

— Как по-вашему, для кого она отчеканена?

Я легко ответил на вопрос: