История инквизиции
- Автор: Ли Генри Чарльз
- Год: 2007
- Язык: русский
- Год: Эксмо
- ISBN: 978-5-699-20812-8
- Переводчик: А. В. Башкиров
- Жанр: История
Электронная книга - «История инквизиции». Краткое содержание книги:
Лжесвидетели, осужденные в Памье в 1323 году, не были приговорены к тюремному заключению; а зато в 1328 году четверо лжесвидетелей в Нарбонне были признаны особенно виновными, так как они были подкуплены личными врагами обвиняемого: их приговорили к пожизненному тюремному заключению на хлеб и на воду в ножных и ручных оковах. Совещание экспертов, бывшее в Памье на аутодафе в январе 1329 года, постановило, что лжесвидетели должны не только подвергаться тюремному заключению, но и возмещать убытки, причиненные ими обвиняемым. Этот старинный принцип talio был еще более широко применен в 1518 году Львом X, предписавшим испанской инквизиции выдавать в руки светской власти тех лжесвидетелей, которым удалось бы нанести существенный ущерб своим жертвам. Выражения, употребляемые Папой, показывают, что случаи лжесвидетельства были еще часты. Цангино свидетельствует, что в его время не было еще определенного законом наказания и лжесвидетели наказывались "по усмотрению инквизитора": новый пример тенденции, пронизавшей все инквизиционное судопроизводство, – ставить как можно меньше стеснений трибуналам, давать им неограниченную власть и возлагать всю надежду на Бога, во имя и во славу которого они трудились, чтобы Он просветил их при выполнении ими их миссии.
Знамя испанской инквизиции.
Глава XI Защита
Из сказанного выше видно, что святая инквизиция особенно ограничивала права защиты и ставила ей всякие затруднения. Все предварительное следствие велось в тайне и не сообщалось обвиняемому. Дело его было уже предрешено раньше его ареста; его могли допрашивать, убеждать сознаться, держать целые годы в тюрьме и подвергать пыткам раньше, чем он узнавал, какие именно улики имелись против него. И только тогда, когда у него было вырвано сознание или когда инквизитор терял всякую надежду на это, ему сообщали имевшиеся против него показания, причем имена свидетелей обыкновенно умалчивались. Эта ужасная система представляет полную противоположность с просвещенной заботой избежать малейшей несправедливости, которая вдохновляла епископские суды той же эпохи. Согласно канонам Латеранского собора, касающимся компетенции консисторских судей, "обвиняемый должен был присутствовать при расследовании его дела, если оно не велось в его отсутствии по причине его неявки; ему предъявлялись все жалобы, чтобы он мог дать на них свои объяснения; имена свидетелей, равно как и их показания, должны были быть обнародованы, и должны были быть допущены все законные отводы, "так как сохранение имен в тайне могло возбуждать клевету, а отказ в отводе мог бы открыть широкое поле для деятельности лжесвидетелей".
Как резко отличалось от этого положение обвиняемого по подозрению в ереси, который заранее всегда считался виновным! Инквизитор думал не о том, чтобы избежать несправедливости, а о том, чтобы заставить обвиняемого сознаться в своем прегрешении и умолять о воссоединении его с Церковью. Чтобы легче этого добиться, систематически низвели до minimum все преимущества защиты.
Правда, собор 1246 года в Безье постановил, чтобы обвиняемому широко была предоставлена возможность защиты, включая сюда необходимые судебные сроки, возможность отводов и право опровержения; эти правила были направлены к тому, чтобы уменьшить произвол, которым уже тогда отличалась деятельность инквизиции, но на них никто не обратил ни малейшего внимания. Первоначально таинственность позволяла судье делать все, что, по его мнению, было нужно; а потом, чтобы сделать произвол еще более абсолютным, обвиняемого лишили права иметь защитника. В то время, как и теперь, сложность и сбивчивость законных формальностей ставила всякого, пришедшего в соприкосновение с судом, в необходимость обращаться к помощи опытного и сведущего юриста. Это так ясно понимали все, что в епископских судах часто давали бедным бесплатного защитника.
В хартии, дарованной в 1212 году Симоном де Монфором его новым провинциям, говорится, что правосудие будет всегда бесплатным и что неимущие истцы будут пользоваться безвозмездно юридической помощью. То же находим и в испанских законах той эпохи. Раз право на защиту признавалось в делах сравнительно незначительных, то казалось чудовищным лишать его тех, кто боролся за свое существование перед трибуналом, где обвинитель был в то же время и судьей; и Церковь вначале несколько колебалась, но она добилась своего путем обхода. Декреталий Иннокентия III, внесенный в каноническое право, запрещал адвокатам и актуариусам оказывать содействие еретикам и лицам, сочувствующим ереси, а также выступать вместо них в судах. Это запрещение, которое по мысли Папы, несомненно, относилось только к заведомо закоснелым еретикам, было вскоре распространено на людей, только подозреваемых, которые боролись единственно из-за того, чтобы доказать свою невиновность. Соборы Баланса и Альби в 1248 и в 1254 годах, предупреждая инквизиторов против адвокатских уловок, многозначительно напоминали им постановление канонического права, толкуя, что его следует применять к адвокату, который осмелился бы защищать еретика.