Библиотека литературы Древней Руси. Том 9 (Конец XIV - первая половина XVI века)

Поведаше некий инокъ. «Нашедшимъ, — рече, — некогда агареномъ, по Божию попущению, грехъ ради нашихъ, и много зело поплениша христианъ. Единъ же отъ варваръ взятъ инока и девицу: инока же, связавъ, поверже, а дъвицу веде въ кущу свою и мало отшедъ. Девица же глагола иноку: “Господине отче, разумехъ, что хощетъ мне сотворити безаконникъ сей; и аще ударю его ножемъ, несть ли мне греха?” Онъ же рече: “Богъ благословитъ тя, тщи: сего ради онъ, разъярився, убиетъ тя, и будеши съ мученики”. И пришедъ онъ, и восхоте коснутися ея, она же удари его ножемъ въ руку. Онъ же, разъярився, вземъ мечь, изсече ея, и бысть мученица Христова.

Тогда же плениша два воина, и связани лежаху. И повеле безаконный князь сихъ усекнути. И къ прьвому прииде, и възведъ мечъ, онъ же смежи очи и перекрестився, усеченъ бысть, и бысть мученикъ Христовъ. И на другаго возведъ мечъ, онъ же устрашився, дияволомъ прелщенъ, хрящимъ пяту его, сиречи конець жития, и возопи окааннымъ гласомъ и рыдания достойнымъ: “Увы мне! Не усекай мене: азъ стану въ вашу веру!” И едва поспе изрещи проклятый той гласъ, и абие усеченъ бысть. И чюдо, любимици: и яко въ мегновение часа единъ обретеся въ руце Божии, а другий — въ руце диавола».

Сего ради, якоже преже рехъ, и въ путь добродетели шествуя, и дольжно есть себе внимати и молитися Богу со слезами, да не оставитъ насъ искушеномъ быти отъ диавола и погубити трудъ нашь; кольми паче въ таковыхъ бедахъ, сиречь въ нашествие варварьское, себе внимати и молити Бога со слезами, да не погибнемъ въ единь часъ душею и теломъ; сего бо ради и молимся: «Не введи насъ въ искушение», — сиречь не победитися искушениемъ, душею и теломъ же подвизатися до смерти, тръпети искушение, приходящее намъ отъ съпротивника-диавола, яко да приимемъ отъ Бога венець терпения.

Въ то же время у некоего воина плениша жену. Онъ же, вземъ съ собою единаго пса да секиру, поиде въ следъ ихъ. Они же приидоша въ некое село болярьское, людемъ выбежавшимъ, и обретоша множество пития. И многаго ради зноя упившеся зъло, и спаху, яко мертви; воинъ же секирою поотсече всемъ главы. И влезъ въ едину отъ клетей, и виде жену свою со княземъ ихъ лежащу на одре, такоже ото многаго пияньства спящу. Она же, видевши мужа, возбуди варвара. Онъ же въставъ и нача битися съ мужемъ ея, и, одолевъ ему, седяше на немъ, и наченъ имати ножь, хотя заклати его. Песъ же его, видевъ господина своего хотяща заклана быти, вземъ варвара за усты, за видение и за главу, совлече его со господина своего. Онъ же, въставъ, уби варвара, и, вземъ жену свою, новую Далиду,[83] отъиде, и сотвори ей, елико восхоте.

Оле бесованиа женьскаго! И зверей явися злейши: сей убо избави господина своего отъ смерти, жена же предаде его на смерть. Изъначала убо вся злая роду человеческому быша жены ради: Адамъ жены ради изъ рая испаде,[84] и того ради весь родъ человечь тлениемь и смертию осуженъ бысть; Соломонъ премудрый женъ ради отъ Бога страненъ бысть;[85] такоже и Самсонъ великий, освященный отъ чрева, женою преданъ бысть иноплемянникомъ,[86] и ослепленъ, и удалися отъ Бога. Не точию въ Древнемъ, но и въ Новей благодати, не въ мире сущии токмо, но и иноци, и пустыньский прибытокъ лобызавше, женъ ради погибоша и иноческый трудъ погубиша. И изъначала и до сего часа врагъ женами прельщаеть родъ человечьскый. Елици победиша таковый искусъ, — якоже прекрасный Иосифъ,[87] и сего ради въ векъ века похваляемъ есть, аще последи и жену име, — а девъство до конца в Ветхомъ мали зело сохраниша. А отнелиже отъ Дввы израсте цветъ жизни, Господь нашь Исусъ Христосъ, оттуле множество безчислено сохраниша и сохраняютъ подвигъ девъственный, паче песка морьскаго, не точию иноци, но и въ мире сущии, и бракъ презирають, и девъственый подвигъ подвизающеся и до кончины живота въ славу Богу, ему же слава ныне, и присно, и въ веки векомъ. Аминь.