Железная Вдова [litres]

– С ней связана какая-то история? – Ян Гуан накрывает мои пальцы своими, тоже прикасаясь к шпильке.

Я сжимаюсь. К счастью, мой просторный костюм скрывает это проявление паники.

«Сосредоточься!» – приказываю я себе. Убийство Старшей, конечно, дело его рук – кому еще удалось бы выйти сухим из воды после такого?

– Ты правда хочешь провести ночь в разговорах о шпильках? – Я подношу ладонь к его щеке, глядя на наши отражения в окне.

Сама себе не верю. Как мягко звучит мой голос, какой огонь вспыхнул в моих глазах!

Он в удивлении раскрывает губы. Наклоняется, почти касаясь носом моего уха.

– Вот так прямо, без обиняков? Мне это нравится.

Его теплое дыхание в раковине моего уха пробуждает во мне какие-то древние инстинкты. Мышцы натягиваются, как струны, дыхание ускоряется и становится поверхностным. Кровь бросается в неожиданные места, и мне приходится задавить собственное удивление.

– Правда? – спрашиваю я чуть слышно.

Ян Гуан снова переводит взгляд на наши отражения.

– Есть в тебе что-то особенное. Ты видишь больше, чем другие девушки. Многие очень стесняются, очень стараются не выдать свои мысли. Но не ты. Ты ничего не скрываешь.

– Ты и представить себе не можешь. – Я провожу пальцем по его губам, хотя к чему мне хочется прикоснуться, так это к его короне.

Противно, что я согнула себя под общие представления о том, какой должна быть девушка: готовой ублажать, готовой служить.

И все же благодаря притворству я получила преимущество – власть человека, которого недооценивают. И это мне нравится.

Он берет мою руку и целует кончики пальцев. С долгим многозначительным вздохом я поворачиваюсь и обхватываю его лицо ладонями, как с Ичжи сегодня утром.

Мне больно оттого, что это происходит не с ним. Но мое тело принадлежит только мне и никому больше. Я предпочла использовать его для убийства и мести. И я добьюсь своего любой ценой.

Я наклоняю голову Ян Гуана ради второго поцелуя в моей жизни. Менее нежного, менее робкого. Менее торопливого.

Когда горячий кончик его языка раздвигает мои губы, я не в силах удержать рвущийся из меня вздох. Движения его губ становятся более агрессивными, и мой разум рассыпается на кусочки. Забранная в доспехи рука бежит вниз по моей спине, и я ощущаю кожей каждую складку своего костюма. Голова запрокидывается, когда Ян Гуан снова подхватывает меня на руки. Ступая по шуршащим тростниковым циновкам, он устремляется к кровати, спрятанной за шелковыми шторами.

Итак, момент настал. Сейчас это произойдет. Событие, о котором мои родичи всегда говорили как о величайшем преступлении. Потеря «самого драгоценного дара», который я могу преподнести мужчине.