Весь Мегрэ. Том 3 [компиляция]

— Я считаю более правильным на том этапе, на котором мы находимся, чтобы я сам вел допрос, а вы можете вмешаться в случае необходимости… Я полагаю, что у вас нет возражений.

У Мегрэ их была целая тысяча, но к чему говорить об этом?

— Как хотите.

— Кроме того, я считаю вполне целесообразным, чтобы вы до их прихода указали мне в письменной форме те пункты, на которых я, по вашему мнению, должен настаивать.

Мегрэ молча кивнул головой.

— Всего несколько слов на клочке бумаги. Конечно, это не должно носить официального характера.

— Само собой разумеется.

— Вы получили сведения о покойной жене Леонара Ляшома?

— Она служила для той же цели, что и девица Полет Зюбер.

— То есть?

— Для того чтобы поддерживать жизнь, если можно назвать это жизнью, в доме на набережной и на фабрике. Ее отец был подрядчиком, сколотившим состояние на общественных строительных работах. Как видите, происхождение такое же, как и у Полет. Ее приданым также затыкали все дыры.

— А наследство?

— Наследства не было, так как отец еще жив и не собирается умирать.

Сначала Леонар, а затем Арман.

Не было ли трогательным это упорное желание сохранить жизнь старой фирмы, которая согласно всем законам экономики давным-давно должна была обанкротиться?

Не было ли здесь внутренней аналогии с поступком инвалида войны, убившего своего соседа, который мучил его с утра до вечера, включая радио на полную мощность?

Не случайно Мегрэ упомянул об этом происшествии. Конечно, он играл роль перед следователем, но в глубине души он оставался честным с самим собой.

— Алло, да… Что она сказала?.. Как ты думаешь, сколько времени это займет?… В половине двенадцатого?.. Хорошо… Да нет же! Я уже сказал, у меня в кабинете…

Несомненно, Радель сильно боится, что допрос будет происходить в кабинете Мегрэ. Анжело успокоил его, как бы говоря: «У меня в кабинете все будет происходить по форме».

Комиссар поднялся, вздохнув:

— Я буду у вас немного раньше половины двенадцатого.

— Не забудьте записать вопросы, которые…

— Не забуду…

Сидя на скамье между двумя жандармами, бедный Каноник все еще смиренно ожидал, когда соблаговолит принять «его» следователь. Проходя мимо, Мегрэ встретился с ним взглядом и, войдя к себе в кабинет, изо всех сил хлопнул дверью.