В стороне от фарватера. Вымпел над клотиком
- Автор: Реутов Алексей Ильич
- Год: 1973
- Язык: русский
- Год: Мурманское книжное издательство
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «В стороне от фарватера. Вымпел над клотиком». Краткое содержание книги:
Работу завершил мурманский писатель Станислав Панкратов. Повести поочередно выходили в Мурманском книжном издательстве. Затем, в 1970 году, повести выходят одной, общей, книгой в переработке С. Панкратова. Книга эта была встречена с интересом и молодыми читателями, теми, кто не встречался с Реутовым-писателем и с Реутовым-капитаном, и читателями старшего поколения, в том числе теми, кто хорошо знал автора. 50-тысячный тираж разошелся быстро. Книга Алексея Ильича рассказывает о моряках торгового флота и о тех проблемах, которые пришлось решать людям его поколения на фарватере строительства коммунистического общества. Проблемы эти, частично, уже решены. Но ценность повестей капитана Реутова еще и в том, что он страстно и убедительно обращается к уму читателя, заставляя думать, заставляя видеть вокруг себя все, что еще мешает нашему движению вперед. По этой причине и в ответ на многочисленные просьбы читателей выходит новое издание повестей капитана Алексея Ильича Реутова.
Шубин ничего не ответил. Он напряженно вглядывался в тыл причала с серой полоской дороги, ведущей от ворот порта. По серой полоске бежал человек. Шубин взял бинокль. Человек бежал очень неровно. Вот споткнулся, упал, тяжко поднялся… снова бежит…
— Буксиры поданы, Вячеслав Семенович, — подошел старпом — Можно отдавать швартовы?
— Постойте…
— Нельзя ждать, капитан! — почти зло крикнул лоцман. — Надо отходить и разворачиваться, пока есть видимость.
— Не могу я, лоцман, бросить на берегу своего человека.
— Ну, а я не буду с вами возиться в снегопад.
— Старпом, спуститесь вниз! Постарайтесь внести в судовую роль матроса Вертинского, — приказал Шубин, отворачиваясь от лоцмана.
— Комиссия уже сошла на берег! — застонал лоцман.
— Вот я и говорю старпому: пусть немедленно вернет комиссию на судно! — повысил голос капитан.
— Ну, тогда в этом году вы от причала не отойдете, — зловеще предсказал лоцман. Он твердо рассчитывал часов в десять быть дома. Гости соберутся в половине одиннадцатого, он еще успел бы переодеться и встретить всех, как подобает хозяину дома.
Вертинский, между тем, добежал до причала, но подняться на борт ему не разрешил часовой-пограничник.
На мостике было слышно, как внизу портнадзиратель горячо препирался со старпомом. Потом он вприпрыжку затрусил к телефону. Минут через пять порт-надзиратель скакал обратно.
— Вам повезло, чиф! — крикнул он еще издали. — Комиссия из порта не выезжала. Вахтера в проходной я предупредил. Он завернет комиссию на судно…
Шло время, а «газик» береговых властей не появлялся. Весь экипаж «Оки» молча стоял на местах по швартовому расписанию. Ветер с моря усилился. В воздухе закружились хлопья. На причале, пошатываясь, стоял Вертинский, мокрый с головы до ног, выпачканный серой цементной пылью. Шубину на мостике слышно было, как матрос стучит зубами от холода. «Кажется, основательно переложил парень. Интересно, какую невесту он приплетет к опозданию… И почему он весь мокрый?»
Старпом вернулся на мостик.
— Узнали? — спросил Шубин.
— Говорит, кого-то вытащил из воды…
— Пьян?
— Не понять. Но водкой попахивает. Говорит, ребята с военного катера угостили, когда подобрали из воды.
— Киньте ему тулуп. Нетерпеливо гуднул носовой буксир.
— Сколько стоять будем? — хрипло спросил голос из темноты.
Наконец, на дороге блеснули автомобильные фары. «Козлик» визгнул тормозами, досадливо визгнул.
— Нет у вас, капитан, порядка на судне, — крикнул снизу офицер-пограничник. — Где ваш матрос?
Вертинский исчез из поля зрения. Да, собственно, в этот момент никакого поля уже не было: Шубин заслонял лицо кожаной перчаткой от хлестких ударов снежной крупы.
— Все в порядке, Вячеслав Семенович, Вертинский внесен в судовую роль, можно отходить. — Старпом запыхался, но, кажется, зря. С безнадежностью смотрел Шубин в окно, за которым полоскался снежный белесый потоп.
— Отпустите людей погреться. Скажите доктору, пусть займется Вертинским. Только пусть люди не раздеваются, чтобы сразу же наверх, как только снег пронесет.
Уползали в прошлое последние часы старого года. А снежные запасы его все еще не кончались…
Около десяти часов внезапно стихло.
Небо потемнело, и в черно-синей его глубине даже замерцали звезды.
Над палубой «Оки» загремели торопливые команды. Буксиры потянули «Оку» прочь от причала.
— Чисто за кормой!
И сразу же между «Окой» и землей лег черный узкий провал. Он становился все шире и темней. Лоцман гудком дал буксирам команду разворачивать судно. Буксиры круто потянули пароход: один влево, другой вправо. Новогодние огни Клайпеды побежали по кругу: судно разворачивалось на выход из порта.
Но едва оно закончило разворот, снова налетел шквал, небо поблекло и пропало, береговые огни скрылись в снежных складках новой завесы.
— Отдадим якорь, капитан? — тревожно предложил лоцман.
— Нет. Локатор работает хорошо. Отдадим буксиры, пойдем на выход.
— Я не собираюсь выводить вас при такой видимости.
— Выйду самостоятельно, — сказал Шубин.
Лоцман молча стоял рядом.
— Малый вперед, руль полборта лево, — приказал Шубин. И сосредоточенно склонился над экраном локатора.
— Счастливого плавания в новом году, — как-то нерешительно пожелал лоцман. Он уже знал — Новый год не будет для него таким свободным и безмятежным, как хотелось бы.
— Счастливо оставаться, — ответил Шубин, не отрываясь от локатора. Лоцман почувствовал, что он лишний на мостике. К левому борту парохода подходил буксир, и лоцман спустился на палубу. Через минуту из заснеженного пространства по корме донеслось три прощальных гудка…