Канун трагедии: Сталин и международный кризис. Сентябрь 1939 — июнь 1941 года

Оно имело стратегический смысл и затрагивало основы советской политики последнего времени. По некоторым данным, в его составлении лично участвовал премьер-министр У. Черчилль. Британское правительство призывало СССР осуществить пересмотр и поворот в своей внешней политике. Нет сомнения в том, что в Лондоне провели тщательный анализ изменившейся ситуации в Европе и в мире с учетом возрастающей опасности для СССР со стороны Германии. Неслучаен был и выбор момента для обращения Черчилля к советскому правительству. Наверняка британская разведка была осведомлена о напряженностях в советско-германских отношениях и, может быть, об обмене письмами между Москвой и Берлином о возможном визите Молотова в Берлин.

Заявление начинается с констатации провала планов Гитлера по захвату Англии. Великобритания тем временем увеличивала свою оборонную и наступательную мощь и, кроме того, рассчитывает на более активную помощь со стороны «великой мировой промышленной державы» (т. е. США). Потерпев неудачу с вторжением в Англию, Германия теперь будет искать возможности расширения арены боевых действий, привлечения Японии и, главное, усиливать давление на две великие нейтральные страны, которые еще не участвуют в войне. Очевидно, что под одной из великих держав подразумевался Советский Союз.

В этих условиях британское правительство подвергло пересмотру свою внешнюю политику, особенно на Ближнем Востоке. Англия намерена попытаться полнее определить свое отношение к важнейшим нейтральным державам и получить от них большей ясности об их отношении к Великобритании. Отметив далее важность политики Советского Союза, британское правительство прямо говорит об интересах нейтральных держав (читай Советского Союза) в послевоенное время. Англия ставит в этой связи вопрос о характере советского нейтралитета. По словам английских деятелей, существует нейтралитет враждебный и благожелательный. Второй столь же ценен, как и вооруженная помощь.