Сказка без чудес
- Автор: Филиппов Александр Геннадьевич
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Издательские решения
- ISBN: 978-5-4493-8033-3
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Сказка без чудес». Краткое содержание книги:
Та завизжала пронзительно на плохо смазанных, тронутых ржавчиной петлях, лучше всякого звонка предупредив обитателей дома о внезапном визите.
Однако на крыльцо, сложенное из тёсаного дикого камня, со ступенями, отполированными тысячами прошагавших по ним некогда ног, встречать гостя никто не вышел.
И хотя двери в дом были распахнуты, и тюлевые занавески при входе — от мух, приветливо колыхались на спасительном в такой зной сквознячке, Перегудов не пошёл в помещение.
Вместо этого полковник прошагал по аккуратно отсыпанной речным гравием дорожке на зады просторного, рубленного из вековых брёвен лиственницы, главного здания.
Здесь его искушённому в сельском быте взору предстал широченный, соток на пятьдесят, не меньше, двор. С огородом, уходящим вдаль, под сень обступивших имение сосен, двухэтажным, слегка скособоченным от древности, флигелем — не иначе, как бывшим когда-то «людской». С хозяйственными постройками — конюшней, коровником, свинарником, птичником. С крепкими, под кровельным железом, и наверняка под завязку заполненные припасами, амбарами.
Перегудов, оглядевшись, одобрительно, с уважением, крякнул. Крепко живут! Таким никакие катаклизмы большого мира, финансовые кризисы да дефолты, даже войны и революции не страшны — всё своё, полный, можно сказать, суверенитет, продовольственная безопасность и экономическая независимость. Или, к примеру, природная катастрофа планетарного масштаба, коими нынче так пугают время от времени обывателя, вдруг случись! То астероид гигантский из космоса столкновением с Землёю грозит, то Йелоустонский супервулкан в США того и гляди взорвётся…
И если будет хотя бы малейший шанс у человечества уцелеть — в таких вот местах, вроде уединённого имения, это и станет возможным.
Дрова в лесу, вода в колодце, еда в огороде, на скотном дворе, в амбарах да погребах — а что ещё человеку, по большому счёту, для выживания надо?!
Не то, что в городе, в мегаполисе. Там в двадцатиэтажке, к примеру, просто канализацию отключи — и в три дня жизнь закончится…
Мало кто из окружающих мог бы заподозрить в грозном, хмуром по большей части, милицейском полковнике Перегудове мечтателя и фантазёра. А между тем, так оно и было в некоторой, тщательно скрываемой толике его натуры. О том лишь Елизавета знала, со снисходительной улыбкой прибирая в коттедже оставленные недочитанными отцом фантастические романы, или видя, как увлечённо он прилипает к экрану телевизора, когда там демонстрируются программы вроде «Самые шокирующие гипотезы», «Загадки Вселенной», «Тайны истории», или ещё чего-нибудь в этом роде.
Николай Петрович, приподняв козырёк фуражки, утёр платком пот со лба, и неспешно, прогулочным шагом, направился к сараю, дверь которого была распахнута настежь.
С любопытством заглянул внутрь.
Сухое, устланное некрашеными и почерневшими от времени, но крепкими досками, просторное помещение, пахнущее вековой пылью и забитое антикварным, но необходимым и сегодня в деревенском укладе, инвентарём. От прялок, ручной мельницы с двумя каменными жерновами, до керосиновых ламп, глиняных и чугунных горшков, кос и серпов на полках по стенам.
В глубине сарая, склонившись над фанерным ящиком вроде тех, в которых в прежние времена отправляли почтовые посылки, увлечённо рылся, позвякивал, перебирая, какими-то мелкими железками высокий, худой, лысый, крепкий старик.
Полицейский, неслышно ступая, подошёл, встал за спиной, глянул через плечо. В ящике, как у всякого хорошего хозяина, у которого всякая мелочь рано или поздно сгодиться, были навалены гнутые, приржавевшие слегка, гвозди, болты, шайбы и разнокалиберные гайки.
У Николая Петровича у самого был такой же ящик в сарае, куда он складывал годами всякий подобранный во дворе гвоздик, или вывернутый, но ещё годный для повторного употребления, шуруп.
— Бог в помощь, хозяин! — молвил негромко начальник полиции, опасаясь напугать своим неожиданным появлением старика.
Однако тот, не дрогнув плечом, будто глаза на затылке имел, не стушевался нисколько, ответил спокойно:
— Бог-то бог, но и сам не будь плох! — а потом, обернувшись, растянул безбородое и даже безбровое, испещрённое глубокими морщинами лицо, в приветливой улыбке: — Чем обязан, товарищ полковник?
— А то ты, такой прозорливый, не догадываешься? — усмехнулся, сразу перейдя на «ты», Николай Петрович. Впрочем, вышло у него это как-то необидно, по-свойски.
— Догадываюсь, — кивнул старик. И представился: — Ведунов, Еремей Горыныч… да, вы, наверное, знаете…