Под ласковым солнцем: Империя камня и веры

Вся эта роскошь, всё это великолепное убранство настолько пленили разум и взор ребят, что они и не заметили тех, кто ходит вокруг них. Они не заметили уборщиков, которые следят за том, что бы это сиятельство не угасало; они не заметили служащих, что настолько часто здесь бывают, что уже не замечают всей этой роскоши.

Вдруг голос посланника Лорд–Магистрариуса вырвал ребят из пьянящего созерцания:

– Прошу сюда, – потребовал человек, указав на дверь лифта.

Ребята вновь беспрекословно последовали за посланником в роскошный лифт.

Они и минуты не успели в нём пробыть, как прозвучал характерный звук, и дверь распахнулась, и перед ними предстал небольшой коридорчик, а прямо перед взглядом была дверь. У всех четверых тряслись поджилки от волнения встречи. И только Габриеля не охватывала приятная дрожь, вызванная недоверием к главному лорду.

Агент Лорда постучался и вошёл, а ребята последовали за ним.

Зайдя в кабинет, Габриель уже не удивился его роскоши, но всё же его поразила простота его: богатый, усыпанный бумагами и роскошный стол с компьютером, стоявший посредине кабинета; несколько книжных шкафов, тумбочка, стоявшая практически у входа, забитых книгами; пара красивых ковров, несколько декоративных растений у окна и белый кожаный диван, а у окна, повернувшись к нему лицом, держа руки за спиной, стоял высокий человек. Стоявший человек был одет в фиолетовый плащ и жилетку с чёрной рубашкой, тёмно–синие брюки, чёрные туфли,

– Я встретил лидеров миланского сопротивления, как вы и просили, господин Лорд–Магистрариус, – сухо, но в тоже время, отдавая еле заметный поклон, отчитался парень.

– Благодарю, ты свободен, – вымолвил Главный Лорд и его агент тут же вышел из кабинета, оставив парней с ним один на один.

В кабинете повисла густая тишина. Лорд–Магистрариус смотрел в глаза ребятам, а те всего лишь с неким благоговением и ропотом отводили свой взгляд, будто бы он небожитель какой-то, пришедший чтобы их спасти, но Габриель заметил, что благородный взгляд смотрящего был отравлен толикой презрения к ним.

– Что вы застыли, можете присаживаться. – Указывая на диван, и с некой толикой наигранности и натужности, сказал хозяин кабинета.

Мицелий и Бертолдо уместились на диван, Габриель остался стоять, а Алехандро сел на стул напротив Главного Лорда.

– А у вас в каждом городе такие великолепные резиденции? – внезапно спросил Мицелий.

– Ох, конечно же, нет, – стараясь создать добродушную и приятную атмосферу, с улыбкой и по–простому заговорил Лорд–Магистрариус. – Только в Милане и ещё двух городах.

– А почему мы не могли встретиться в администрации города или в представительстве одного из министерств?

– Во–первых, все департаменты, министерства, градоначальники, губернаторы, чиновники и бюрократы, а если быть точным – их совокупность, называется – Имперор Магистратос. А главой всей этой структуры являюсь я. Да и к тому же здесь безопаснее. – Пытаясь повторить эрудированный стиль в речи Бертолдо, ответил хозяин кабинета. – Ну ладно.– Вновь заговорил лорд. – Я вас сюда позвал, что бы выработать общую концепцию действий и противодействий режиму, но сначала я хотел спросить: У вас самих–то идеи есть?