Под ласковым солнцем: Империя камня и веры

– Одежда вашего типа выражает разнузданность и противоречие постулатам церкви, что естественно подрывает фундамент Рейха. – Саркастично пояснил Лорд–Магистрариус. – У нас сфера морали, а значит и моды, контролируется государством.

– Мда… а у вас есть те вещи, которые не контролируются государством? – Выражая явное недовольство в голосе, вопросил член корпорации.

– Да.

– Какие?

– Загробная жизнь.

Взгляд Магнуса выразил крайне глубокое удивление. От изумления, ударившего в голову, он опрокинулся на спинку кресла и немного приоткрылся рот.

– Да я пошутил. У нас государство и загробную жизнь контролирует, – с улыбкой сказал начальник Имперор Магистратос.

– Не смешно. Как вы можете жить при такой деспотии? Нельзя думать и мыслить, как хочешь, нельзя ходить, в чём хочешь. Что у вас вообще можно?

– Фанатично верить в Канцлера и работать до изнеможения во славу его.

– Это жутко, – с ещё большим отвращением сказал представитель корпорации.

– Позвольте. – Протестуя, вновь сказал Главный Лорд. – У вас есть тоже ряд вещей, который можно назвать отвратными.

– Это наша свобода и у нас нет никаких ограничений, кроме законов, – гордо сказал Магнус, и тут же задал вопрос. – Я забыл спросить: а как вам удалось провести меня через проход стены и отключить множественные автоматические турели? Ведь у прохода вовсе не было охраны, а турели не работали.

– Я Лорд–Магистрариус и в моём ведении и подчинении находятся все министерства. А за границами следит Министерство Надсмотра за Стеной и Границами. Пара приказов и уведомлений и участок стены перестаёт работать. – С явной гордыней в голосе ответил глава бюрократического аппарата. – Да и к тому же, наши правительства довольно долго сотрудничают в разных сферах и поэтому «бдительность» стены часто усыпляют и это вопросов не вызывает.

– А народу говорят, что мы воюем…

– Да, у нас так говорят. Нам необходим образ внешнего врага, чтобы сплоить людей возле одного человека, но насколько я понимаю, и у вас похожая ситуация в стране… только там всем рулит целый «Культ Конституции».

– Это всё во имя свобод! – с некоторой толикой фанатизма прикрикнул Магнус.

– Ну ладно, мы сюда пришли не для того, чтобы мериться странами.

– Это верно… позвольте ещё два вопроса, прежде чем мы перейдём к делу?

– Конечно.

– Почему мы встретились на этой небольшой конспиративной квартирке, которая находится в глубине этих бетонных зарослей? Почему не в вашей роскошной резиденции, о которой вы нам рассказывали?

– Ответ довольно прост: в моей резиденции могут работать агенты и шпионы Канцлера, следящие за деятельностью моей и моих людей. И появление человека в одежде, непринятой в Рейхе может вызвать у них огромное количество вопросов, которые в скором времени рассматривал бы уже сам Канцлер.

– Понятно. И второй вопрос: мне сказали, что вы задерживаетесь по причине встречи с миланским сопротивлением. Расскажите о них поподробней.

После этих слов лицо Лорд–Магистрариус расплылось в широкой улыбке. Он даже подвёл ладонь ко рту, чтоб не рассмеяться. Но все, же некоторые смешки прорвались через ладонь. Через некоторое время он успокоился и стал говорить более спокойно: