Изгой [неокончено]

У меня чуть глаза не вылезли из орбит, когда я надавил со всей силы плечом на казалось бы хлипкую фанерную дверь. Но с огромным трудом её удалось отодвинуть. А с ней и кучу каких-то мешков, ящиков, обломков стенных и потолочных панелей. И труп спецназовца, уже раздетый, без бронежилета, шлема, и комбеза. Только в чёрной майке и трусах. Сверкал голыми пятками — даже берцы кто-то увёл. Ушлый народ. То, что это не наш парень, понял сразу — рожа была не знакома.

Нам повезло. Здание тюрьмы делали на совесть — спецназ сумел выбить двери, но стены остались стоять. Бой шёл уже видно давно. Маревом висела пороховая гарь, цементная пыль. В лужах крови валялось полдюжины трупов.

Но к моей огромной радости все четверо командиров оказались живы. Правда, Кузьма уже щеголял криво наверченной на голове, с бурыми пятнами крови, тряпке. У Жан-Поля было перевязано плечо. У остальных только рожи были в крови, так всё целы.

Молодцы, не растерялись. Притащили видно из ближайших офисов столы, стулья, свалили здесь, сделав баррикады. И умудрялись огрызаться.

Среди трупов людей я увидел несколько странных существ. Чем-то они походили на этелофактусов — такие же похожие на больших варанов, но сверху тела покрывал слой крупной, плотной чешуи цвета антрацита. Этелофактусы-мутанты на службе у спецназа? Это интересно.

Я присоединился к Кузьме. Судя по количеству валяющихся трупов вокруг его укрепления из парочки здоровенных сейфов (и как он умудрился только дотащить их?) и железных столов, он лучше всех сумел войти в курс дела.

— Чего делать будем, командир? — буркнул он, перезаряжая штурмовую винтовку.

Положил на край поставленного на попа железного стола. Прицелился. Чуть обождал. На противоположной стороне из-за двери высунулась голова в шлеме. Оглушил грохот очереди, которую выпустил Кузьма. Тихий стон и шум от упавшего тела.

— Молодец, Кузьма. Ну что будем делать. Бороться. Бороться до конца. Ты как сам-то думаешь?

— Я не про то, Громов. Отправил одного парнишку на крышу, следить там. Он сообщил, что сюда приближаются вертолёты, — вздохнул тяжело своей могучей грудью, но с каким-то всхлипом, словно душа у него рвалась наружу.

— Ну, ясно. Они наверняка попытаются штурмовать через крышу. Нужно послать туда несколько крепких парней в брониках. А я сниму этих птичек.

— Чем снимешь-то?

— А вот этим, — я лихо подхватил на плечо тяжеленную базуку.

— А ты это, стрелять умеешь? Всё-всё. Я спросил только. Эй, Ренат! И ты, Прохор, Фадей, идите сюда, — энергично махнул мощной рукой.

Через пару минут к нам за баррикады добралось трое. Невысокий коротконогий Ренат с синеватой щетиной, скрывавшей полные щеки. Прохор, высокий красивый блондин с холёным, даже аристократичным лицом. И Фадей, явно разменявший седьмой десяток, узкоплечий и сутулый. Я бы предпочёл кого-то помоложе, но выбирать не приходилось. У всех автоматы, которые мы добыли в арсенале. И я надеялся, что владеть они ими умеют.

— Пойдёте с Громовым, — приказал Кузьма. — Будете его прикрывать! И ни-ни, — погрозил кулачищем с голову младенца. — Чтобы волос с его головы не упал. Понятно?